Поведение людей, занявших угнанное транспортное средство, однако же в корне противоречило этой теории. Ибо трое из них паниковали, беспорядочно размахивая руками и видимо что-то крича, а четвертый проводил некие манипуляции с пятым…Лежащим ничком, словно труп и не вывалившимся за борт лишь благодаря тому, что его вроде бы ремнями к скамейке привязали.
— Олег, держи усех! — Предупредил Святослав за миг до того, как держащие их вместе объятия ветра вдруг исчезли, и группа продолжила свой полет в одном направлении чисто по инерции, постепенно удаляясь друг от друга. — Я их ловлюууу…
Умчавшийся вдаль подобно какой-то сверхзвуковой ракете бывший крестьянин действительно все-таки успел перехватить летучую лодку до ее столкновения с землей, пусть даже сделал он это своим телом и в считанных метрах от земли, попросту перевернув судно и отбросив то обратно в воздух, чтобы снова поймать, затормозить свившимся в тугие кольца ветром…И получить прямо по голове удар какой-то штукой, сильно напоминающей двуручный цеп. Неплохо так зачарованный, судя по яркой вспышке, сопровождающей момент удара. У бывшего крестьянина даже шлем на голове треснул…Но это не помешало ему садануть в упор этого молотильщика молнией диаметром чуть ли не больше самой цели, которая унесла дымящееся тело куда-то далеко…Но не разорвала на части, как сделала бы это с практически любым другим человеком в практически любой другой броне.
— Аккуратнее! — То ли прокричал то ли взмолился Олег, впрочем понимая, что Святослав его не услышит. Да это было и к лучшему, поскольку бывший крестьянин тем временем вовсю разбирался с другими угонщиками, которые пытались его сразу и пристрелить в упор из парочки ружей, и проткнуть навылет коротким пехотным копьем, и сварить заживо выпущенными в лицо брызгами магического кипятка… — Не разнеси лодку!
Не добившийся успеха гидромант от оказавшегося на расстоянии вытянутой руки архимагистра ждал многого, но явно не удара ногой по яйцам, после которого любитель брызгаться кипятком на чистой кинетической энергии подлетел вверх складываясь еще в полете как червяк и выпадая за борт. Пытавшийся стрелять сразу из двух обрезов противник оказался ухвачен могучей за шиворот и вышвырнут следом за своим товарищем, только еще более неудачно, поскольку стукнулся об ствол оказавшегося на его пути дерева с достаточной силой, чтобы спина человека определенно оказалась выгнута в непредусмотренную природой сторону. Пусть богатырем или даосом Святослав ни в коем случае не являлся…Но определенные задатки чего-то такого у него явно имелись, причем еще с тех времен когда он был просто ведьмаком, чересчур сильным даже для своего отнюдь не хлипкого телосложения. А вот с копейщиком, пытавшимся то глаз выколоть, то в подмышку светящимся лезвием на покрытой какими-то рунами палке ткнуть, бывшему крестьянину пришлось повозиться. Тот каким-то непостижимым образом на крохотном пространстве летучей лодки умудрялся ускользать от взмахов обладающих огромной силой рук, щедро бьющих от фигуры Святослава по прямой разрядов молний и даже через порывы ураганного ветра, мигом сорвавшего с ближайших веток всю листву, умудрялся просачиваться…Секунд пять. А потом то ли удача ему изменила, то ли энергия обеспечивающая подобную сверхтекучесть кончилась, но очередной взмах руки порядочно уже взбешенного повелителя воздуха, ветра, погоды и прочих атмосферных явлений буквально катапультировал этого танцовщика метров на пятьдесят. Тот, впрочем, остался живым и даже более менее целым, поскольку после аварийной посадки почти сразу же поднялся и попытался вновь кинуться обратно в бой, пусть и прихрамывая…Но контрольный удар молнией откинул его еще дальше, и после этого он уже не встал.
— Пронесло, — облегченно выдохнул Олег, приближаясь к все-таки уцелевшему транспорту. Дыра в днище летучей лодки, имеющая форму могучей фигуры его друга, безусловно, могла считаться серьезным неудобством…Но не столько серьезным, как полное уничтожение конструкции, изрядно облегчающий перемещение в атмосфере. Конструкции, которая все еще оставалась рабочей по мнению чародея, который уже мог различить им же самим сделанные в её бортах и днище руны, которые выглядели раскаленными от нагрузок, но все-таки форму не потеряли. Ну а Святослав там временем разбирался с последним угонщиками, если конечно можно было так назвать процесс его возни с ремнями, которыми того пристегнули сразу к двум лавкам. Пятый и последний злоумышленник участия в драке не принимал, а просто дергался в судорогах, кашлял кровью, едва дышал и вообще демонстрировал все признаки чудовищного перенапряжения. Судя по всему, он и отвечал за столь успешное бегство угнанной летучей лодки до тех пор, пока не надорвался.