— В Индии совсем другие цены на драгоценные камни и злато-серебро. Там оно значительно дешевле, — пожала плечами Доброслава. — А мы не только торговали с местными аристократами, отчаянно нуждавшимся в наших услугах и военных трофеях, но и пограбили довольно богатеньких англичан, которые сотнями лет туземцев обирали, а потому в их домах нашлись и бриллиантовые запонки, и бытовые артефакты. Ну и османы попадались иногда весьма не бедные…Может потребоваться время на то, чтобы реализовать нашу добычу по нормальным ценам в Москве или Петербурге, но думаю даже после уплаты налогов чистая прибыль будет измеряться миллионами. Возможно, цифра будет даже двузначной…
— Музыка для моих ушей… — После таких новостей Густав мог бы простить сыну даже целый гарем. Ну а чего? Во дворце, который его сын запросто построит для своих женщин с такими деньгами, места всем хватит. — Но я рад, что все по большому счету в порядке.
— Ну, кое-что в порядке, кое-что даже лучше чем в порядке, а вот с кое с чем, а вернее кое с кем, уже в ближайшем будущем может быть беда. — Несколько таинственно отозвалась Доброслава, чему-то лукаво и кровожадно улыбаясь. — Но свидетелей, церковников и языческого жреца, дабы они все бумаги на выплату налогов оформили официально, и к Олегу с точки зрения бюрократии было не подкопаться, надо действительно срочно! Сразу же как мы все добытые ценности в ваш подвал перегрузим…От Саввы или его слуг, кстати, ничего нового и подозрительного слышно не было? А то у нас в Индии проблемы нарисовались именно со стороны центральной власти. Из Москвы туда новый командующий русским контингентом направлен. По линии министерства иностранных дел. И радости от этого, как ты понимаешь, полные штаны. Потому мы и прилетели так срочно, пока отложенное туда добро не расплескалось.
— Ууух, — сморщился Густав как от зубной боли. Ибо подобного рода проблемы были чуть ли не худшими из возможных проблем. В бандитов, врагов или монстров по крайней мере ему стрелять было можно…А вот с высокопоставленными дворянами, по совместительству являющимися сильными магами и важными чиновниками, но действующими как самые настоящие разбойники, такой фокус провести затруднительно. Очень затруднительно. Иногда почти невозможно и тупо неэффективно, даже если зачарованные пули использовать. — Ничего такого не слышал. Хотя это и ни о чем не говорит, я все-таки рылом не вышел, чтобы в Боярской Думе хоть за дверью зала собраний постоять.
Иные важные темы в людном месте Доброслава обсуждать отказалась, полностью сосредоточившись на том, чтобы следить за транспортировкой самых больших сундуков, украшенных большими восковыми печатями и перевитых массивными цепями. Да Густав, впрочем, и не настаивал, поскольку хорошо знал цену секретности, а также еще в детстве успел научиться терпению, без которого было просто невозможно часами сидеть в засаде на очередного магического зверя или неделями пробираться через сибирские чащобы от одного островка цивилизации до другого. Почти полчаса понадобилось на то, чтобы перенести все сундуки из трюма летучего корабля в надежный подвал…А после кащенитка-изгнанница оттуда выскочила, бросив напоследок: «Я покараулю снаружи!». И захлопнула снаружи дверь. Самый большой сундук немедленно воспарил в воздух, а цепь опутывающая его соскользнула сама собой, снеся восковые печати. Просторный прежде подвал вдруг показался Густаву очень тесным, поскольку его заполнила чья-то аура настолько могучая, плотная и насыщенная энергией, что казалось её можно пощупать руками.
— Измена⁈ — Мелькнула мысль в голове рода Полозьевых, который рефлекторно потянулся за оружием, но так его и не достал. Смысла уже не имелось. Он ничего не мог противопоставить той силе, что внезапно оказалась в самом сердце его дома. Возможно, если бы на этого врага получилось нацелить охраняющую город крупнокалиберную артиллерию, то шансы бы и были…А возможно и нет. — Эта кащенитская дрянь протащила в Буряное кого-то из старейшин своего проклятого племени⁈
— Дык, ох и запарился я, значица, в этой душегубке, — пожаловался воспаривший из сундука архимагистр. Архимагистр, которого Густав…Знал⁈ Он выглядел как Святослав — один из двух лучших друзей его сына. Он говорил как Святослав. Но этот высший маг ведь не мог быть Святославом — бывшим крестьянином, который несколько лет назад считал за счастье поесть досыта, денег не имел вообще и чуть ли не до слез благодарности радовался средней паршивости сапогам, ценою в пять рублей, которые заехавший ненадолго в гости к учившемуся в Москве Стефану глава рода Полозьевых ему как-то по случаю подарил на день рождения! — А исчо ведь, того-этого, кораблик толкать пришлось, маскируясь под особливую, значица, энергоустановку…Олег, ты енто…Вылезай! Приехали мы, а значица можно ужо всех наших сначала шокировать, а потом и эвакуировать…