Олег признавал, что сделанная им маскировка работала не без шероховатостей, особенно если на полную силу и одновременно. В ней было трудно дышать и тяжеловато двигаться. Кто-то кроме прекрасно контролирующего свой организм целителя никогда бы не сумел провести в подобной сбруе хотя бы сутки из-за необходимости не есть и пить, так хотя бы в туалет отлучаться, а уж о какой-то грации при движении этого самоходного металлического гроба речи и подавно не шло…Вдобавок паразитные потери энергии постоянно вызывали у чародея чесотку по телу и мелкие ожоги, а в случае активации всех систем его «костюма» одновременно могли бы расплавить все менее стойкое чем качественная сталь и зажарить находящегося внутри человека…Ну, обычного человека. Магистр Коробейников выскочил бы оттуда за несколько секунд, просто разорвав на части собственноручно созданное изделие. А мог бы, в принципе, и не торопиться. Его организм теперь, пожалуй, мог и купание в настоящей лаве выдержать…Какое-то время. Если принять меры к одновременному повышению прочности своего тела и регенерации. Другое дело, что тогда на маскировке можно будет поставить крест, ибо активное применение собственной силы грозило выдать его с головой, поскольку тогда окружающие точно поймут, что внутри металлической оболочки есть что-то живое. И обладающее силой настоящего магистра.
— Проваливай отсюда, гнилого сала кусок! — Услышал Олег разъяренный рев своего друга, который почти смог заглушить треск раскалывающегося дерева. Это вылетел сквозь закрытую дверь предводитель китайских купцов. Причем его лицо было густо покрыто какой-то искрящейся на воздухе явно волшебной жижей оранжевого цвета, а двигался он по воздуху, задом вперед и согнувшись как подкова. Скорее всего, после того как его с разбегу в живот пнули толстенной ножищей Стефана, который загородил собой проход лишь пару секунд спустя, пуская из ноздрей настоящие струи пара. Для полного завершения образа взбешенного быка не хватало разве только рогов и земли, взрытой копытом. — Из Нового Ричмонда проваливай, а лучше вообще из Северной Индии убирайся к чертям собачьим! Самим Чингисханом клянусь, увижу тебя или кого-то из твоих людей еще хоть раз — повешу!!! И я сегодня же разошлю по всей округе письма, в которых объясню владыкам этих земель, почему именно они тебя должны прирезать, если вдруг на своем пороге увидят!
— Тысяча извинений, о сиятельный и несравненный потомок великого предка! Вы все не так поняли! Я не хотел! — Заверещал перепачканный какой-то алхимической дрянью китайский купец, стоило ему лишь плюхнуться на пол. А после, так и не разгибаясь, принялся проворно отползать к выходу из приемной, безошибочно нацеливаясь на него своим задом и подметая своими волосами пол. — Вы получите в дар любые пять телег из моего каравана! Десять телег! Не надо писем!!!
— Вон!!! — Стефан догнал отважного предпринимателя, решившегося пуститься в путь со своими товарами даже в эти смутные времена, а после пнул еще раз, придавая дополнительное ускорение в сторону выхода. Правда, на сей раз дверь в клочья не разбило, поскольку она была открытой и живой снаряд китайского производства вылетел наружу свободно, всего лишь громко хлопнув створкой на прощание. — Благодари всех своих предков, что уходишь живым! Да я выпущу себе кишки ржавым гвоздем и утоплюсь в ближайшем сортире раньше, чем воспользуюсь смесью афродизиака с отбивающим память наркотиком, чтобы заполучить понравившуюся женщину!