— Гин, активность скорпионов растёт, — доложил охотник из нижнего сектора. — Твари выходят уже из пяти точек. Количество на поверхности увеличивается. Один боковой проход держим с трудом.
Следом прозвучал второй доклад:
— На восточном склоне два прорыва. Один закрыли. Второй уходит к тыловым позициям.
Гин моментально изменился. Все разговоры о долях, долгах и политике для него исчезли. Осталась лишь текущая операция.
— Времени мало, — произнёс он. Затем повернулся ко мне: — Каин, уходишь к тыловым группам. Твоя задача — монстры, которые прорвали оцепление и пытаются уйти дальше по ущелью. Не геройствовать, не лезть к основным выходам. Работаешь как усиление группы. Какой — выберешь сам
— Понял.
Гин посмотрел на Лерона.
— Лерон, ваши ударные группы очень нужны внизу. Координация на вас. Нужно пробить путь к матке и уничтожить её, а затем заняться зачисткой оставшихся.
— Сделаем, — спокойно ответил Лерон.
Гин перевёл взгляд на Данте.
— Ты с Киром идёшь к логову змей. Нужно зачистить и проверить полость, не повредив при этом растения. Никаких мощных ударов, только точечная работа.
Данте усмехнулся:
— Ты ранишь меня своим недоверием.
— Потому что хорошо тебя знаю, — сухо ответил Гин.
— Тогда без красивых взрывов, — кивнул Данте. — Только аккуратное насилие.
Лерон едва заметно улыбнулся, но ничего не сказал. На этом разговор закончился.
Данте уже через пару секунд направился в сторону трупа змеи, связываясь с Киром. Лерон развернулся к нижнему периметру, и Венец за его спиной снова раскрылся, словно тёмная корона из лезвий. Гин отдавал новые команды.
Я нашёл взглядом участок, где оцепление охотников заканчивалось и начиналась тыловая линия. Там, выше и правее основного боя, местность сужалась. Хорошее место для перехвата прорывов: узкий проход и удобные позиции для трёх-четырёх бойцов.
И достаточно далеко от главных выходов, чтобы туда отправлять не самых сильных, а тех, кто может справиться с одиночными тварями.
Путь к тылу оказался неприятнее, чем выглядел сверху. После боя со змеёй часть склона осела. Там, где раньше можно было спокойно пробежать по каменному ребру, теперь лежала россыпь скользких и острых обломков.
Я двигался быстро, но не терял контроль. Падать здесь было бы глупо. Склон шёл уступами, корабли над головой периодически сдвигались, от их двигателей пыль шла волнами. Приходилось учитывать не только камни под ногами, но и порывы воздуха сверху.
На бегу я открыл настройки визора и вывел изображение с камер корабля над полем боя на левую часть обзора. Маленький прямоугольник, прозрачность сорок процентов, без звука. Достаточно, чтобы видеть основные перемещения Арденов, но не мешать прямому обзору.
Мне нужно было увидеть, как работают их ударные группы.
После того, что показал Лерон в бою, мой интерес к Арденам резко вырос. Их бойцы, техника, построение, взаимодействие с кораблями — всё это могло дать полезные выводы. Даже если я не собирался вступать в их семью, учиться у сильных никто не запрещал.
На маленьком экране уже разворачивалась новая картина боя. Несколько арденовских групп спускались к нижним разломам. Не толпой. Секторами. Впереди тяжёлые щитовики, за ними бойцы с длинным оружием, выше — корабли поддержки. Лерон пока оставался над ними, не вмешиваясь напрямую. Одного его присутствия хватало, чтобы движение бойцов стало увереннее.
Я свернул за каменный выступ и наконец выбежал к тылу. Там было трое охотников. Обнаружение Ци показало, что они все ранга Ядра. Это чувствовалось по плотности Ци даже без пристального анализа. Не такие монстры, как Данте или Кир, но крепкие бойцы, которые не первый раз сражаются с опасными тварями.
Первый стоял ближе к проходу. Широкоплечий, лет тридцати с небольшим, с коротким мечом и небольшим щитом за спиной. Лицо открытое, глаза внимательные. Второй — моложе, сухой, жилистый, с двумя клинками на поясе и выражением человека, которому уже хочется с кем-нибудь поспорить. Третий — молчаливый мужчина лет тридцати пяти в тяжёлой броне, с массивным шлемом под рукой и топором за спиной.
Площадка была удобной для боя. В этом месте валялось много огромных кусков камня, отвалившихся со стен ущелья. Самое то, чтобы сражаться с неповоротливыми тварями.
У их позиции уже были следы работы. Недалеко валялся обрубленный скорпионий хвост, из которого медленно вытекала густая тёмная жидкость. А чуть дальше, в тридцати метрах, лежал и сам монстр. На каменной стенке слева виднелись свежие борозды от клешней. Чуть дальше лежали два использованных энергетических картриджа для малых барьеров и погасший маяк, который кто-то, видимо, пнул в сторону, чтобы не мешался под ногами.