Отрубленные концы быстро темнели на влажных листьях. Одна лиана дёрнулась, словно пыталась найти новую опору, но через пару секунд замерла.
Второй краснокожий попытался воспользоваться моментом и обойти слева.
Я пустил летающий клинок короткой дугой между двумя стволами. Не чтобы убить, а чтобы закрыть проход. Монстр отскочил, потеряв удобный момент.
Теперь картина стала понятнее.
Краснокожие несколько раз начинали рывок именно тогда, когда корни или ветви мешали мне занять нормальную позицию. Случайность могла быть один раз. Два. Но не столько подряд.
Они действовали в одном ритме с лесом.
Не идеально. Иногда корни двигались с запозданием, но общий рисунок боя был слишком явным: растения мешали мне двигаться, а твари пользовались этими окнами.
Я не знал, управляют ли они растениями, чувствуют ли их движение заранее, или просто привыкли к этому месту. Но практический вывод был один: смотреть только на монстров нельзя.
Перед каждым шагом я начал проверять землю у ног, ближайшие корни и низкие ветви. Пси-поле пришлось сжать ещё сильнее, чтобы контролировать то, что происходит рядом со мной. Приходилось платить обзором, зато каждая мелочь вблизи стала чётче.
Один из краснокожих внезапно ускорился.
На этот раз он жёстче вошёл в ближний бой. Первый удар я принял щитом. Второй отбил мечом. От третьего ушёл наклоном корпуса, чувствуя, как костяное лезвие проходит в нескольких сантиметрах от лица.
Слишком близко.
Я резко надавил щитом вперёд и подал Ци в барьер чтобы оттолкнуть врага. Синяя плёнка вспыхнула и ударила монстра в грудь.
Краснокожего отнесло на шаг назад. Он удержался на ногах, но на долю секунды потерял контроль.
Этого хватило.
Два клинка сорвались с места. Один полетел в голову, а второй по дуге зашёл сбоку. Пока монстр отбивал атаку сверху, второе лезвие с хрустом пробило ему ногу в колене, залетев справа.
Нога твари подломилась.
Монстр не упал. Мышцы на бедре резко напряглись, ступня вдавилась в землю, и он каким-то чудом удержался от падения. Но прежней скорости уже не было. Теперь он сам превратился в добычу.
Второй краснокожий тут же бросился на меня.
Одновременно под стопой шевельнулся корень. Я не успел полностью уйти с линии атаки. Пришлось принять клинок на щит под неудобным углом. Сила удара развернула корпус, ноги скользнули по влажной земле.
Падать нельзя.
Я вонзил меч в корень у ноги, используя его как упор, поймал равновесие и сразу дёрнул оружие вверх. Древесина разошлась с влажным хрустом. Освободившаяся от захвата стопа ушла назад, на чистый участок земли.
Первый, раненый в колено, попытался уйти за дерево.
Бежать за ним было бы ошибкой. Между нами лежали корни, а справа висели лианы. Поэтому направил один летающий клинок так, чтобы отрезать ему путь.
Монстр вынужден был затормозить.
Ровно в этот момент второй и третий клинок устремились в атаку. Один он отбил, но второй вошёл снизу вверх в голову. Металл прошёл через мозг и вылетел из затылка. Краснокожий по инерции сделал ещё два шага и упал лицом вперёд.
Второй монстр уже был рядом. Его клинок рассёк воздух там, где секунду назад находилась моя спина. Я этого ожидал и сразу рванул вперёд.
Когда второй краснокожий понял, что не попал, резко отскочил назад, исчез за стволами и через мгновение появился дальше, между двумя деревьями. Стоял неподвижно и смотрел.
Я не стал преследовать.
Впереди слишком много корней. Справа плотные заросли лиан. Слева низкий кустарник, под которым пси-поле показывало странные провалы. Да и радиус поля оставлял желать лучшего. Преследовать быструю тварь в таких условиях сродни самоубийству.
Краснокожий смотрел ещё пару секунд, затем развернулся и ушёл глубже в лес короткими бесшумными рывками.
Мой щит оставался поднятым. Летающие клинки держались рядом. Пси-полем проверил землю, ближайшие стволы и ветви над головой. Никакого движения не было. Только где-то глубже в лесу сухо скрипнуло дерево, а у ног едва заметно шевельнулись листья, поднятые ветром.
Идти сразу к телу не стал.
Сначала обошёл место по небольшой дуге. Проверил корни рядом с трупом, ближайшие лианы и землю под листьями. Только после этого приблизился.
Краснокожий лежал на боку, хотя я помню, что падал он лицом вперёд. Видимо после падения пытался встать. До чего живучая тварь! Я ведь ему мозг пробил!
Тёмная кровь впитывалась во влажные листья. Кожа у него была плотная, тёмно-красная, почти без волос. Под ней угадывались крепкие сухие мышцы. Не массивные, как у силовой твари, а тугие, собранные, рассчитанные на быстрые движения.
Клинки на предплечьях росли прямо из тела. У основания кожа переходила в твёрдую тёмную ткань, а дальше — в острое лезвие, похожее на кость, но с металлическим блеском на кромке.