— Зачем ты рассказала это? — спросил я.
— Потому что у меня больше нет других вариантов. Ты можешь убить меня. Можешь сдать людям. Можешь уйти и привести сюда тех, кто сожжёт лес. Но ты единственный за сотню лет, кто сам оказался чужаком. Не таким, как все остальные.
— И чего ты хочешь?
Она ответила не сразу.
— Этот лес больше не убежище. Люди уже нашли дорогу. Отряд исчез. Ты дошёл до центра. Даже если сейчас уйдёшь один, другие всё равно придут.
— Это не моя проблема, — сказал я. — Моя задача — вернуть охотников.
— И я их отдам, — кивнула девушка. — Так же помогу доставить к кораблю. А взамен ты выведешь меня отсюда.
Я удивлённо смотрел на неё несколько секунд.
— Как?
— Я же говорила, что могу принять форму небольшого растения. Например лианы. В таком виде меня можно незаметно вынести.
— Почему я должен брать с собой разумное существо, которое держало пятерых людей в коконах и только что пыталось пленить меня?
— Потому, что я могу лечить, — ответила Алиса. — Могу рассказать многое о мире, откуда пришли монстры. Могу помочь тебе понять Ян, Инь и, возможно, твою псионику.
Заманчиво, чёрт побери!
Проблема в том, что если гильдия узнает о существе, которое может контролировать разум, менять память, управлять лесом и лечить, то вопрос будет не в доверии. Вопрос будет в контроле.
Оставить её здесь тоже нельзя. Лес уже засветился. Даже если я совру в отчёте, пропажа отряда и аномалия никуда не исчезнут. Позже придут другие. И либо убьют её, либо заберут.
— Сначала охотники, — сказал я. — Ты освобождаешь их. Потом меняешь только те воспоминания, которые выдадут твою настоящую природу. Без лишнего вмешательства. Без повреждений. После этого обсудим, как вывести тебя из леса.
— Хорошо.
— Если почувствую, что ты лезешь глубже нужного, разговор закончится.
— Ты не сможешь это почувствовать. — заметила Алиса.
Я прищурился.
— Ты уверена, что стоило мне такое говорить?
— Стоило. Если я хочу, чтобы ты мне доверял, то и сама должна быть честна, — спокойно сказала Алиса. — Ты можешь следить за Ци, но не поймёшь, что именно я делаю с памятью.
Её ответ чуть не заставил меня улыбнуться.
— Работай, — сказал я.
Алиса подошла к охотнику в тяжёлой броне. Лианы полностью отпустили его тело и разошлись в стороны. Потом то же произошло с остальными. Люди лежали на влажной земле, но корни под ними поднялись небольшими ровными опорами, будто носилками.
Один охотник тяжело втянул воздух. У другого дёрнулись пальцы. Алиса опустилась рядом и коснулась пальцами его виска.
Зелёная Ци прошла по его телу мягкой волной. Не грубой, не давящей. Тёплой. Я почувствовал, как псионика девушки стала давить сильнее. Светящиеся волокна в волосах вспыхнули ярче, а зелёный покров на теле стал мягче, словно вся сила ушла внутрь прикосновения.
Попытавшись следить за ней пси-полем и обнаружением, быстро понял, что это бесполезно. Я видел движение энергии, видел, как меняется ритм дыхания охотника, как напряглись мышцы лица, а затем расслабились. Но что именно она делала с памятью, понять не мог.
Через пару минут Алиса открыла глаза.
— Готово.
— Как я пойму, что ты не причинила вреда?
— Никак.
Я посмотрел на неё и нахмурился.
— Я могу сказать, что не причиняла, — продолжила она. — Могу ещё раз объяснить, что мне нет смысла калечить их разум. Но верить или нет, решать тебе.
Я опустил меч ниже.
— Доверия между нами нет, — сказал я. — Но пока ты держишь слово.
— Для начала этого достаточно. — кивнула она.
Посмотрев на пятерых спящих охотников, задумался. Теперь оставалась практическая часть. Вытащить их отсюда. Пять тел в броне. Один в тяжёлой броне. А у меня ко всему прочему рана в плече.
Будет тяжело.
Вдруг все пятеро охотников плавно поднялись над землёй. Я медленно повернул голову к Алисе.
Она слабо усмехнулась.
— Не ты один владеешь телекинезом.
— Вижу.
— Но я буду признательна, если двоих возьмёшь ты, — добавила она. — Держать сразу всех тяжело. Я не очень сильна в перемещении предметов.
— Зато разум подавлять умеешь.
— Каждый развивается в том, что помогает выжить.
Я убрал два летающих клинка за спину и подхватил псионикой двоих охотников. Выбрал самых лёгких. Сначала взял того, у кого броня была проще, и девушку с повреждённым наплечником. Тяжёлого щитовика оставил ей. Пусть сама мучается со своим главным свидетелем.
Мы почти были готовы двигаться, когда я вспомнил о своей новой броне.
Пока мы внутри леса, связь и большая часть систем не работают. Но как только выйдем из зоны подавления, она оживёт. Запись камер, передача данных, скрытые маяки. Но и снимать её сейчас нельзя. Это будет выглядеть очень странно.