Глава пятнадцатая. Самокат против хаоса
Луис проснулся резко, будто кто-то выдернул его из сна за воротник.
Он открыл глаза и несколько секунд не понимал, где находится. В комнате было полутемно: белая ночь всё ещё просачивалась в окна, смешиваясь с холодным предрассветным светом. Старые портреты на стенах смотрели на него с обычным неодобрением, виолончель темнела у стены, а на столе среди бумаг лежал телефон.
Голова кружилась.
— Странно… — пробормотал Луис.
Он попытался подняться из кресла, но тело слушалось плохо. Будто в кровь подмешали свинец. Руки были тяжёлыми, ноги — ватными, а в висках глухо стучало. Луис нахмурился и медленно провёл ладонью по лицу.
Это была не обычная усталость.
Кто-то добрался до него.
Он повернул голову к окну — и замер.
За стеклом, на фоне бледного неба, двигались тени.
Сначала ему показалось, что это искажение света. Потом одна из теней ухватилась за выступ фасада, подтянулась выше, и Луис отчётливо увидел силуэт человека. Потом второго. Потом третьего.
Они карабкались по стене.
Люди в тёмной форме, в масках, с тонкими страховочными тросами и короткими крюками в руках. Они двигались бесшумно и уверенно, будто штурм старой квартиры на Васильевском острове был для них обычным утренним упражнением.
Луис с трудом встал.
— Ну конечно, — тихо сказал он. — Вежливо постучать было бы слишком просто.
Первый удар пришёлся в оконную раму. Стекло дрогнуло. Второй удар выбил шпингалет. Через несколько секунд створка распахнулась, и в комнату ворвался холодный воздух с запахом Невы.
Первый агент полиции хаоса перелез через подоконник.
— Луис Фадер, вы задержаны по протоколу временной нейтрализации, — произнёс он сквозь маску.
— Какая радость, — ответил Луис, держась за край стола. — А я как раз думал, что утро слишком спокойное.
Он хотел шагнуть вперёд, но ноги снова подвели. Комната качнулась. Агент это заметил и сделал знак остальным.
— Он под действием подавителя. Берём.
Луис посмотрел на стол. На бумаги. На телефон. На вазу с мандаринами, которую Наталья вчера переставила с подоконника на стол, потому что, по её словам, «нормальный человек не хранит фрукты рядом с пыльными картами и непонятными амулетами».
Луис медленно улыбнулся.
— Господа, у меня к вам только одна просьба.
Агент насторожился.
— Какая?
— Не рассказывайте никому, чем вас победили.
С этими словами Луис из последних сил толкнул красный диван.
Старинный, тяжёлый, ненавистный Наталье диван с глухим скрежетом сдвинулся с места и рухнул боком между Луисом и агентами, превратившись в нелепую, но внушительную баррикаду. Первый агент отскочил. Второй, уже перелезавший через окно, выругался и зацепился ремнём за ручку рамы.
Луис схватил мандарин.
— Привет от витаминного отдела службы небесных дел.
Мандарин полетел через комнату и угодил первому агенту прямо в защитные очки.
— Ай!
Второй мандарин попал другому в лоб. Третий отскочил от стены и невероятным образом ударил третьего агента по носу.
— У него снаряды! — крикнул кто-то.
— Это фрукты, идиот! — раздражённо ответил другой.
— Тогда почему так больно?
Луис, всё ещё шатаясь, перебрался через низкий столик, схватил ещё два мандарина и метнул их почти без прицела. Один попал в лампу, второй — в открытую ладонь агента, который уже собирался перепрыгнуть через диван. Агент взвыл, потерял равновесие и рухнул обратно на подоконник.
— Фадер! — крикнул командир группы. — Сдавайтесь!
— Я бы с радостью, — Луис оглянулся в поисках выхода. — Но у меня сегодня плотное расписание.
Он заметил телефон на столе. Экран светился.
Сообщение.
Луис, пошатываясь, дотянулся до него и прочитал:
«Полиция хаоса у моей двери. Я в гостинице. Срочно».
Ниже второе:
«Кажется, у меня проблемы».
Вся сонливость исчезла.
— Наталья…
Командир группы уже перелезал через диван. Луис схватил последний мандарин, посмотрел на него с сожалением и бросил. Попадание было идеальным. Агент схватился за лицо и рухнул на подушки красного дивана, который, возможно, впервые в жизни Луиса оказался действительно полезной мебелью.
Луис бросился к двери, захватив с собой плащ и черную рубашку, которую успел надеть по пути вниз.
В коридоре уже слышались шаги. Значит, часть группы пошла через парадную. Он свернул не к выходу, а в сторону кухни, открыл узкое окно, выбрался на пожарную лестницу и, едва не поскользнувшись, начал спускаться вниз.