Рэйф улыбается так, будто гордится этим титулом. — Верно. Никто не трогает то, что моё.
Алексей сужает взгляд и закусывает нижнюю губу. — Впечатляющая работа с Уэйлоном и Валерией. Они всегда меня бесили. Особенно Валерия. Она была у власти только благодаря ему.
Рэйф наклоняет голову. — Они получили то, что заслужили.
Я сдерживаю дрожь от силы в его голосе. Бедную Аделу держали в плену, насиловали и избивали, прежде чем она смогла сбежать от этих людей. Ненависть Рэйфа не знает границ, когда дело касается тех, кто причастен к её страданиям.
Они держат взгляд друг на друга, и что-то невысказанное проходит между ними. Оценка, возможно?
Рэйф продолжает, будто обсуждает рыночные тенденции. — Ваше расширение в Прагу было исключительным. Чистое исполнение. Москва, должно быть, довольна. Особенно хорошим порошком, который идёт через вас.
Глаза Алексея блестят. — Вы хорошо информированы. И да, это было очень стоящим начинанием.
— Представляю.
— Так это ваше мероприятие? — спрашивает Алексей. — Вы отправили эту милую штучку подмаслить меня?
Рэйф усмехается, звук напоминает мне злодея. — Это моё мероприятие. Есть возможности для партнёрства между Москвой и Нью-Йорком, которые стоит обсудить. Чёрт, вы главная причина, почему я вообще здесь.
Я почти смеюсь. Он не ошибается.
Теперь интерес Алексея углубляется до голода. После очень рассчитанной паузы он кивает. — Четыре миллиона. На следующей неделе. Только по приглашениям?
— Да, — отвечает Рэйф. — Перевод будет отправлен. Мы можем организовать выступление и обеспечить гостей лучшим МДМА из Штатов.
Алексей слегка поворачивается и жестикулирует. — Джуд.
Имя — как лезвие, медленно и болезненно входящее в моё сердце, когда я поворачиваюсь и вижу, как он направляется к нам. Он двигается с собранной грацией… самый красивый человек в мире. Я понимаю, когда он останавливается напротив нас, что он выглядит отключённым.
Он не узнаёт меня.
Рэйф протягивает руку. — С нетерпением жду работы с вами.
Джуд пожимает её. Его улыбка фальшивая, но профессиональная. — Всегда рад выступать, — говорит он почти механически.
Его голос так близко, что я чувствую его в своём теле.
Мой Джуд. Мой Джуд...
Алексей смотрит на Рэйфа, протягивая ему карточку с цифрами. — А Адела? Легендарный гигант кибербезопасности?
— Она передаёт привет, — легко отвечает Рэйф, убирая карточку в пиджак.
— А эта…? — спрашивает Алексей, глядя на меня. — Я так и не узнал её имени.
— Это Изабелла. — Рука Рэйфа обхватывает мою талию, крепко и собственнически. — У нас с женой договорённость. Мне разрешены определённые удовольствия, когда этого требует бизнес. — Его рука сжимает мою задницу без колебаний. Жар заливает щёки, но я поднимаю подбородок, глядя на него с понимающей улыбкой, играя свою роль.
Взгляд Джуда скользит ко мне. И на одну ужасную, хрупкую секунду всё замирает. Это не узнавание, но это и не ничего. Его глаза встречаются с моими, и я перестаю дышать.
Страх пронзает меня, но Рэйф не даёт шанса для узнавания. Он обхватывает мою челюсть и внезапно целует меня. Его рот властно заявляет о своих правах, приоткрывая мои губы ровно настолько, чтобы это было реально и неоспоримо. Поцелуй тёплый и контролируемый, его доминирование очевидно даже в том, как он наклоняет мою голову и скользит языком по моему.
Чёрт возьми. О боже.
Когда он отстраняется, он улыбается мне.
Джуд отворачивается.
Слава богу.
Алексей усмехается. — Завидую. Она красивое отвлечение.
Рука Рэйфа сжимается вокруг меня. — У меня отличный вкус.
Они обмениваются последним рукопожатием, воздух между ними наполнен тёмной энергией, от которой мне нужно уйти. Сейчас.
— До следующей недели, — говорит Рэйф. Мы поворачиваемся и идём. Я не оглядываюсь сразу; вместо этого я держу осанку и дыхание ровными. Только когда мы приближаемся к выходу, я решаюсь. Джуд стоит рядом с Алексеем, слушает, маска блестит под золотым светом. Всего несколько минут назад я была достаточно близко, чтобы чувствовать его тепло.
В нескольких шагах.
Мужчина, которого я люблю.
Мужчина, который посмотрел на меня и почти узнал. Моё сердце бьётся так сильно, что я боюсь, оно синяками покроет рёбра.
В тихом коридоре за бальным залом Рэйф смотрит на меня. — Ты в порядке?
Я киваю, всё ещё чувствуя его вкус на языке.
— Прости за это, — бормочет он, убирая руки в карманы, когда мы доходим до двери. — Он почти узнал тебя. Он был близок, думаю. Я сделал то, что было нужно.