Он на коленях, цепи впиваются в запястья, прикованные высоко к стене позади. Его голова опущена, волосы падают на лицо. Плечи поникли, будто он слишком долго держался прямо и наконец просто сдался.
— Нет... — шепчу я, уже опускаясь на пол перед ним.
Я проползаю последние футы, колени ударяются о землю. Мои руки летят к его лицу, обхватывая челюсть, большие пальцы гладят щёки.
— Джуд. Джуд, посмотри на меня.
Он поднимает голову.
Я отшатываюсь так быстро, что падаю на задницу.
Его глаза неправильные. Они открыты, но в них ничего нет. Ни света. Ни тепла. Просто мёртвый, почти чёрный взгляд, который меня совершенно не узнаёт. Это как смотреть на тело, уже покинутое душой.
— О боже, — задыхаюсь я.
Он весь в крови и синяках. Засохшие полосы темнеют на его коже, разбрызганы по груди, шее. Его губа разбита. Он выглядит истощённым.
Я отчаянно тянусь к нему снова. — Джуд, ты меня слышишь? Пожалуйста. Пожалуйста, скажи мне, где ты.
Ничего. Будто я говорю со стеной.
— Я здесь, — рыдаю я, снова подползая ближе. — Я рядом. Я могу помочь тебе. Просто скажи мне как.
Я снова хватаю его за лицо, мягче на этот раз, боясь причинить боль, если буду неосторожна. — Где ты? — шепчу я. — Как мне добраться до тебя?
Мгновение ничего не происходит. Затем его глаза наконец фокусируются и впиваются в мои. Моё сердце подпрыгивает, надежда вспыхивает в груди. Но в их глубине нет тепла. — Забудь обо мне, Эм.
Слова пронзают меня насквозь. — Нет, — кричу я, яростно качая головой. — Нет, нет — не говори так. Я не буду. Я не могу —
Внезапно его тело дёргается. Жестоко. Он дёргается в боли, вырываясь из моей хватки, его спина выгибается, цепи гремят о стену. Его голова запрокидывается, звук вырывается из горла, не похожий на человеческий.
— Джуд! — кричу я, бросаясь к нему. — Остановитесь! Пожалуйста, остановитесь!
Но его тело продолжает биться в конвульсиях. Снова и снова. Будто что-то невидимое разрывает его изнутри. Я кричу. Я умоляю. Я рыдаю так сильно, что не могу дышать.
А затем —
Это прекращается, его тело обмякает. Голова падает вперёд, цепи затихают.
— Джуд? — Мой голос полностью ломается.
Он не двигается... и больше не дышит. Его глаза смотрят вперёд, расфокусированные и безжизненные. Он... он...
Тишина вокруг удушает, и я снова кричу, моё сердце разбивается под силой боли.
Я просыпаюсь с сорванным криком, моё тело резко поднимается, руки хватаются за грудь, будто я могу вернуть воздух в лёгкие.
— Эмма — Эмма, эй —
Руки на мне. Настоящие. Тёплые. Майк рядом, на коленях у кровати, паника написана на его лице. Он мягко берёт меня за плечи, возвращая в реальность, пока я дрожу. — Ты в порядке, — говорит он срочно. — Ты здесь. Ты в безопасности. Это был просто кошмар.
Я всё ещё задыхаюсь, слёзы текут по лицу, образ врезался в память. Цепи. Кровь. Мёртвые глаза.
Забудь обо мне.
Я прижимаю руки к лицу, всё тело дрожит. Я потею, но Майк не колеблется. Он убирает влажные пряди волос с моего лица. Лунный свет заливает комнату, серебряным рисуя разбросанные татуировки на его голой коже.
Хизер появляется секундой позже, забираясь в кровать, глаза широкие и обеспокоенные. На ней её розовая пижама. — Эмма, — мягко говорит она. — Что случилось? Ты в порядке?
Мне требуется время, чтобы взять дыхание под контроль. В груди всё ещё тесно, будто на ней что-то сидит. Когда я наконец смотрю на неё, горло сжимается. — Он умер, — шепчу я. — Мне приснилось, что Джуд умер.
Тело Майка мгновенно напрягается. Он ничего не говорит. Он просто полностью забирается в кровать ко мне. Хизер делает то же самое, и вдруг я оказываюсь зажатой между ними, удерживаемая с обеих сторон. И даже если я не хочу, я ломаюсь. Я никогда так не плакала ни о чём, как плакала о Джуде за всю свою жизнь. Он — источник моих величайших разочарований и величайших радостей. Майк обнимает меня, притягивая спиной к своей тёплой груди. Хизер берёт мои руки, глядя на меня.
— Всё в порядке, — мягко говорит она, глаза блестят. — Я люблю тебя. Я так сильно тебя люблю.
Маленькое разбитое рыдание вырывается из меня.
Майк опускает подбородок на моё плечо, его дыхание тёплое на коже. — Тсс, — шепчет он. — Спи. Закрой глаза. Ты в безопасности.
Я слушаюсь. Я позволяю себе утонуть в комфорте их тел, напоминая себе, что я никогда не буду одна. Хизер придвигается ближе, целуя меня в макушку.
— Прости, — выдыхаю я. Слова едва существуют, срываясь с дрожащих губ.
— Всё в порядке, — шепчет она в ответ. — Эмма, всё хорошо.
Мои мышцы наконец расслабляются, дрожь уходит. Сердцебиение замедляется, вытаскивая меня с края. Им больше нечего сказать. Но они здесь, и я люблю их за это. Даже если я чувствую себя слабой в этот момент.