Глава 8
Ударившись затылком о пол, я, кажется, даже не почувствовал боли — настолько сильной была охватившая меня паника. Хотя на этот раз я сразу же понял, что именно так испугало меня. Дело было в том, что, когда толпа этих странных людей (да и люди ли это вообще были?) одновременно замолкла и направила на меня множество пар глаз, я испытал знакомое, до боли жуткое ощущение — внимательный, изучающий взгляд. Но в то же время он был совсем не похож на взгляд Человека-Хамиды. В нём была какая-то пугающая пустота. Словно тот, кому он принадлежал, не осознавал того, что видит. И от этого становилось ещё страшнее.
В какой-то момент я обнаружил себя сидящим на полу в коридоре, тупо смотрящим на отражавшиеся в кафельных стенах красные отблески от света дежурной лампы. Я абсолютно не помнил тот момент, когда покинул «наблюдательную комнату». Тело содрогалось от пробегающих по нему судорог, а во рту было настолько сухо, что каждый глотательный рефлекс доставлял мне невыносимый дискомфорт. Нужно было в срочном порядке убираться отсюда. Немедленно уносить ноги, ни о чём больше не думая. Внутри вновь откуда-то взялись силы, и вот я, придерживаясь за стену, прихрамывая, побрёл вперёд. Мне хотелось бежать, но бежать я не мог. Я понимал, что если побегу, то попросту не выдержу и свалюсь замертво. А дальше произойдёт нечто страшное. И мне совершенно не хотелось испытывать это на себе. Ни к чему мне было знать, что же из себя представляет это «страшное». К чёрту! Спустя какое-то время кажущийся мне бесконечно длинным коридор наконец-то закончился.
Я оказался в слабо освещённом помещении, в глубине которого виднелись очертания дверей лифта с горящей зелёным светом кнопкой вызова. Всё внутри меня возликовало. Из лёгких свистящим потоком воздуха вырвался облегчённый выдох, а рот вновь наполнился слюной. Во мне появилась твёрдая уверенность в том, что данный лифт увезёт меня из этого злачного места. Быстро доковыляв до заветных дверей, я навалился на кнопку вызова и со всей силы вдавил её кулаком. Раздался краткий щелчок, после которого взвыл моторный механизм, наполнив лифтовую шахту гулким жужжанием. Где-то там, ко мне неспешно выехала спасительная кабина.
Наконец, я услышал, как лифт остановился и, издав щелчок, с тихим шипением открыл двери. В тот же миг я, не раздумывая, ввалился в его тускло освещённое нутро. Взглянув на панель с безликими кнопками, я без колебаний нажал на самую верхнюю. Двери тотчас же закрылись, и кабина поползла вверх.
С каждым метром подъёма я ощущал, как распиравшая меня изнутри паника постепенно затихает, а на смену ей приходит волна облегчения. В какой-то момент лифт замер. Его двери шумно разошлись в стороны, впустив в кабину поток морозного воздуха. Я поймал себя на мысли, что наконец-то мне больше не хочется бежать без оглядки. Сердце перестало бешено колотиться, а дыхание вновь стало спокойным и ровным.
Покинув кабину лифта, я вышел в пахнущий мерзлой землёй технический тоннель. Оглядевшись по сторонам, я криво ухмыльнулся, оценивая здешнее убранство.
Увиденное не отличалось особым разнообразием и представляло собой вполне обычную для такого места картину: вдоль стен тоннеля, словно переплетённые между собой толстые стебли, тянулись электрокабели, а с почерневшего потолка решётчатыми скелетами свисали покрытые слоем пыли металлические плафоны. Если не считать пары вмонтированных в стену металлических ящиков да валяющихся под ногами каких-то железок и скомканных тряпок, здесь больше ничего примечательного не было. Всё выглядело основательно заброшенным, и складывалось ощущение, что здесь бывали крайне редко. Учуяв поддувающий из темноты холодный воздух, я подтянул пижамные штаны и, насколько мог, быстро засеменил вперёд.
Метр за метром я целеустремлённо брёл вдоль тоннеля, держа в голове единственную мысль: каждый последующий шаг приближает меня к выходу. Наконец, тоннель закончился, и я оказался перед приоткрытой гермодверью, из-за которой в тоннель задували потоки колючего морозного воздуха.
Подойдя к двери вплотную, я увидел, как сквозь приоткрытый проём мне подмигивают с неба яркие звёзды.
«Надеюсь, ты не примерзла намертво… А то сил у меня не так уж и много, чтобы возиться с тобой. Впрочем, сейчас мы это и узнаем», — прохрипел я, посмотрев на гермодверь и осторожно постучав по ней кулаком.