Мерисцента кивнула. Явно, всё понимала. Хотя, похоже, это её не очень интересовало…
Помыслила о чём-то своём-хмуром ещё несколько секунд. Подняла на инспектора близкий серо-небесный взгляд. И произнесла:
— Я… всё-таки ещё… хочу сказать… что…
— Ну. Говори.
Взгляд сконцентрировал отчаянную решимость.
— Я собрала уже четверть суммы. Я сама уеду! Не скоро, да!.. Ну или… Может, это неважно, но… Просто говорю на всякий случай… Если кто-нибудь захочет меня забрать — то вот, четверть уже есть, сейчас. Остальное я заработаю — и отдам. Я уже многое умею. Я могу заработать! Просто, чтоб вы знали!
Кейрис улыбнулся, поднял умиротворяющую ладонь.
— Спасибо, Мерисцента. Буду знать… Я, как известно, никого не намеревался брать. Хотя при этом почему-то уже второй раз захожу к тебе просто так, поговорить… Странно, да. Кстати, и ты ко мне заходи. Когда захочешь.
Мерисцента с готовностью кивнула. В ней мелькнуло какое-то просветление… Просветлённая Мерисцента — это чудесно.
Момент был абсолютно естественный. Сам собой происходящий. Кейрис дотянулся — и потрепал её по голове, по её забавной торчливой причёске. Сначала осторожно, едва касаясь — но причёска замечательно восстанавливала торчливость, что ни делай (собственно, это и хотелось, давно уже и неудержимо, проверить) — так что в итоге вышло ощутить тепло её макушки: такой, чисто дружеский, ободряющий жест; Мерисцента застыла на эти секунды, не дыша… И, отводя свою деликатную руку, пилот произнёс:
— Ладно. Я вижу, ты действительно устала. Поспи, отдохни.
…Нет, было у Мерисценты что противопоставить другим, даже Неллике: рациональность, складность, точность. Не вычурность — лица, фигуры, манер (Айка) — а естественность, милую удачность абсолютно каждой черты и детали. Такое не надоедает, а понемногу нравится всё больше и больше. Кейрис был взросл и опытен, чтоб ценить действительно ценное.
Вернулся к себе.
Найфред… Ох уж этот Найфред… Вроде хорошо всё: Мерисценту приголубил, по головке погладил, прям-таки нежные отношения — но какой-то неприятный осадок, связанный с Найфредом, остался. Непонятно, почему… Мерисцента явно не врёт: ничего у неё с Найфредом нет… Так. Ладно. Всё!
Включил визор, желая покопаться в базе, что ли… но первым делом наткнулся на оставленный на потом вопрос Кармины: «Завтра утром?»
Отписал: «Утром не получилось, можно сейчас».
Ответ пришёл за считанные секунды: «Можно! Прямо сейчас! У воды?» — и, пока Кей размышлял, что за вода тут в явках-паролях, довесился точкой на карту: а, ну да. Берег речки, в пяти минутах, в лесу… Отправил подтверждение.
Залез в базу, ознакомился с внешностью Кармины: ну… все они что-то сегодня миленькими кажутся, да — хотя обычная такая, рианнонистая… Была ли она на вечеринке? Поди пойми…
Прождал полчаса, побрасывая камешки в речку. По ходу внёс Кармину в следилку шестым номером (Людвиг и так знает об их свидании: назначила прямым текстом) — её точка упорно висела дома, в одном из рубиконовых жилищ. Действительно, бестолочь: назначает — не приходит. Ну, фиг с ней.
Так, что-то ещё было на сегодня… Ах, да: бассейн! Было бы невежливо не воспользоваться… Что ж, прямо отсюда и двинем.
Планшетку выключил, попробовал выйти к цели по памяти — дорожки слегка сопротивлялись, но привели. И здесь, у самого бассейна — в загороженной кустами аллейке — его нагнала трепетно дышащая девчонка:
— Мне показалось! Что за нами следят! Я шла за вами — но вроде, хвоста нет!
— Кармина, — узнал её Кейрис.
— Да! Но здесь… Нас всё-таки могут увидеть!
— Кто?
— Все! Все — против нас!
Начало было безрадостным. Но ладно уж, обещал выслушать…
— Я иду в бассейн. Можно там запереться.
— Но… — девчонка обратилась взором на тускло мигавшую индикацию у входа, — бассейн показывает, что уже заперт!
— Всё правильно. Допуск только у меня. Это у вас гостевой режим.
Девчонка просияла.
— А… Ну да. Я не сообразила. Конечно же. В бассейне можно! Там не застукают! Я знаю, секретные беседы делаются возле воды — она… экранирует!
«Шумит она, а не экранирует! Нет, воистину дура… Или притворяется?? Хитрая, наоборот?»
Кронфлекс, сверху наверняка имитировавший нечто скалистое, скрывал бассейн небезызвестной «фаллической» планировки: длинная двойная дорожка для заплывов, у начала её — тестикулы мелководья, неги, гидромассажа, тут же рядом — санузел и открытый пищеблок; Кейрис замкнул вход и осматривался — пока Кармина заливала ему в уши скороговорчатое признание: