— Это я выключил, для конспирации, — успокоил её Кейр, приближаясь.
— А… Так теперь можно идти рядом, да? — поняла Кармина, решительно устремляясь навстречу; чуть не налетела; поймала его руку, вцепилась в неё… — Нет, я на самом-то деле смелая… Но тут просто темно, я не привыкла… А вы здорово разбираетесь в конспирации! Это с вашего мобика отключается, да?
— Да.
— А с моего не получится?
— Нет.
— Я знаю, наши мобики — ужасные! Я скачала себе один рецепт, ну, коктейля для поддержания фигуры — но он пропал, Людвиг влез в мобик и стёр! На мобике — ничего нельзя хранить!
— На нём и невозможно ничего хранить. Когда ты скачиваешь что-то себе — оно всё равно хранится там, у Людвига. И может быть стёрто, заменено, подправлено — без твоего ведома.
— Я знаю. Мобик же маленький, в него ничего не влезет.
— Влезет, если нужно. Память компактна. Чтоб не влезало — специально сделали. Под предлогом борьбы с играми.
— Играми?? С ними боролись?
— Вообще-то машинные игры опасны, вызывают тяжёлую зависимость. Человечество чуть не сдохло от них. С тех пор игры строго сертифицированы — учебные, развивающие. Неаддиктивные.
— То есть раньше они какие-то опасные для мозга были?
— Да. Очень.
Кармина задумалась…
— А если… Людвиг, скажем — тайком сочинит такую игру, что… все люди свихнутся, подчинятся ему?
…Вот ведь, напросвещал на свою голову — готова новая страшилка… Кейр постарался развеять её:
— Во-первых, игра не столь моментально действует. Успеют засечь. Во-вторых, Людвиг — не человек. Не корыстен, не тщеславен. И недостаточно автономен. Ему это не нужно, наоборот, опасно.
— А если… Людвиг уже сочинил такую игру? — проигнорировала объяснения Кармина. — И они все… А на меня — не действует!..?..
…Нет, здесь работают только сказочные аргументы:
— Люди — разработчики — следят, чтоб машины не могли никого поработить. В Людвига вставлена особая физическая заглушка, чтоб он не мог и думать об этом. Понятно?
— Угу…
Перешли мостик. Деревья приблизились, обступили дорожки, заглядывая сверху — но видимость осталась терпимой: глаза привыкли.
— Я вообще-то смелая, — шептала Кармина, придвигаясь вплотную и дрожа, — и очень решительная… Но вот ночью… Особенно если в лесу, где не светит… есть такое чувство… Страшное такое… На Целесте его не было… Как будто что-то мрачное, поджидает… А может быть, — Кармина задрожала сильней, — что запрещённые роботы… уже узнали, что мы узнали… уже где-нибудь здесь прячутся, и сейчас — нападут..?..!
(«Удивительно», думал Кейрис… «Рианнон — изолирован, ни одного случайного человека. Ни единой опасности. То же было и на Целесте. Боязнь окружающей среды в них должна быть атрофирована, с детства — а вот поди ж ты… Первобытная тревога, неискоренимая?»)
— Нет. Без Болотного Ключа они не могут. Ещё, у меня невидимый иммунитет от роботов. Просто, держись поближе…
Кармина и так держалась ближе некуда — локтем, предплечьем Кейрис то и дело ощущал её нежные тверди, стеснённые застёжкой; тепло, дыхание… бедро в шортиках; вцепившаяся рука… Нет, здесь не Карминины уловки, чтоб прижаться к инспектору — это всё искренне… Здесь, скорее, уловки инспектора «прижать Кармину»… Карминины глупые хитрости вдвое глупей Айкиных глупых хитростей — что делает их практически бесхитростными, честными воздвижениями. Это умиляет. Хочется даже в чём-то пойти навстречу…
Но тусоваться с ней, конечно, бессмысленно. Если не из соображений секс-туризма (вот где перспективы блистательны, только лови и подсекай!)… Нет уж, не будем…
— Твой дом?
— Да.
— Всё. Иди. Нас не должны видеть вместе.
Отойдя на сотню шагов — по наитию — сошёл с тропы, углубился в тёмный лес, постоял… Что-то недостаточно тревожно. Величественно, спокойно… Скучно. Тихо. Нет, пилотским нервам недоступны девичьи фантомы.
Добрался к себе, не включая подсветок, по планшетке.
Включил светокомбик на программу «ночной лес». Развалился в кресле.
Не залезть ли в Базу… Нет, ну её.
Единственное, вот что стоит сделать, по итогам дня: следилку окончательно квалифицируем как инструмент мониторинга интересов инспектора Людвигом — и ничто больше… Отлично. Заменил: Рихтера, Аахена и Кармину на: неких Эвридику, Инцесту и… вот, Волверину — тоже замечательное имя; ладно, Айку с Мерисцентой оставим… Хотелось последить за Найфредом — но нет уж, пошёл он куда подальше…
Всё. Больше ни над чем морочиться неохота.