- Я проведу тебя хоть по всем мирам и покажу все, что ты захочешь увидеть, но вначале дай мне имя, - вкрадчиво попросил голос, и сверкающий дымок уже обретший очертания юношеской головы склонился прямо у ее уху. – Назови меня, как хочешь, как в голову придет.
- Орфей, - произнесла она почти машинально, в память о той арфе, чарующие звуки которой она слышала под своей башней перед каждым закатом и конечно же в память о самом арфисте. Звуки голоса ее нового знакомого были совсем как та арфа, такие же пронзающие слух, вторгающиеся в мозг и полностью обвораживающие. – Тебя устроит?
- Разумеется, - он отпрянул от ее плеч так быстро, что это сошло бы за трюк акробата, уже не бесформенный дымок, а тот, с кем она познакомилась в трактире. Он выглядел теперь несколько иначе, будто преобразился и из бледного шута стал почти что красавцем. Во всяком случае, глаза его сияли как драгоценные камни, а улыбка сделалась обаятельной. Он уселся в высоте на чем-то напоминающим длинный золотой шест, протянутый плашмя между зеркалами. Ну, при его-то ловкости и кажется вообще невесомом теле ему там было самое место. Казалось, Орфей настолько ловок, что может свить себе насест хоть из пылинок роящихся в воздухе. Орфей. Кажется, так она его назвала.
- Можно получить ее назад, если конечно вы не хотите примерить, госпожа? – он указал на колпак в ее руках.
- О, конечно, - она встала на цыпочке и протянула ему, с интересом наблюдая, как тонкие паучьи пальцы сворачиваются цепкой хваткой на мягком бархате. Перейдя обратно к хозяину, бубенцы тотчас снова принялись весело звенеть. Признаться, Рианон так и не смогло понять, зачем он бросил свой колпак на лестнице, если так дорожил им. И откуда взялся тонкий золотой насест, она так и не поняла. Однако за всем этим было так любопытно наблюдать.
- А где моя собственная одежда? – она только сейчас догадалась об этом спросить, конечно, платье очень шло ей и приятно ласкало кожу, но по лесу и грязным проселочным дорогам в таком наряде было далеко не уйти. К тому же вся конспирация сходила на нет, раз уж снова одета как принцесса и может, разгуливая в одиночестве, вызвать массу толков и подозрений. Уж лучше вернуть назад бриджи и кафтан пажа. Хоть они и не так роскошны, но довольно удобны для того путешествия, в которое пустилась она.
Орфей выразительно пожал плечами.
- Где-то там, где она собьет со следа преследователей, - беспечно отозвался он.
- То есть стражников? – Рианон удивилась.
- Ну, у них ведь есть псы.
- И маги есть, конечно же, - она сразу все поняла.
- О, не волнуйся, дитя, - он тут же соскочил со своего золотого насеста при чем так быстро, что изумил бы и трюкача. – Нет таких магов, которых нельзя сбить со следа. В конце концов, они всего лишь люди и само понятие магии пришло к ним от нас. А если мы временно и наделяем кого-то чем-то, мы ведь можем и отобрать это назад при чем в любой момент. Все, что тебе было нужно, это дойти до нас, точнее до нашей границы, а теперь ты для нас важнее, чем все, кто подражает нам на земле.
- Да, допустим, они приняли магию от вас, но теперь у них свои правила.
- И ты думаешь, они ведают, что творят и каким образом, если даже не подозревают о том, что даем это им мы. Мы смеемся над ними из-за зеркала, - он указал на ближайшую стену, - из-за одного из этих зеркал, а такие окна разбросаны по всей вселенной. Могу, конечно, допустить, что есть одна сила, которой мы боимся, но она исходит не из мира людей.
- Тогда откуда?
- Оттуда, откуда пришли мы все, - загадочно ответил он. – Знаешь ли, дорогая, мы ведь тоже всего лишь осколок. А от чего мы отколоты, о, об этом лучше никому не знать.
Он достал из складок своего одеяния что-то похожее на дудку и быстро заиграл, прикрывая тонкими ловкими пальцами то одну дырочку, то другую. От такой игры звук должен был получиться отвратительным, но как ни странно зазвучало это хорошо. Как ноты к давно забытой песенке или детской считалочке, но как можно играть все это в таком темпе.
- Ладно, я ведь обещал, показать тебе, что по ту сторону зеркала, - Орфей прекратил игру, но музыка так осталась звучать, будто повисла в воздухе. – Выбирай любое зеркало? Какое тебе больше нравится, моя прекрасная госпожа.
Она огляделась по сторонам. Зала теперь казалась ей уже не овалом, а сложным многоугольником, как многогранный драгоценный камень заточенные в чрево пещеры и неизвестно откуда лившийся свет преломлялся в каждой грани, рождая разные сценки. За каждым зеркалом ожидала новая картина. Рианон видела желтеющие подсолнечниками поля, по которым подобно пестрым бабочкам носились в диком хороводе самые невообразимые создания с крылышками и без, еще были горные кряжи, каньоны, крепости на скале, луга, речные лагуны, невозделанные пашни или замкнутые глубокие расщелины, и всюду были они – не люди. Даже на дне ущелий звучали их голоса и отлетали разноцветные искры сотворяемых чар.