— Хорошо...— он открыл мне переднюю дверь машины, но я всё ещё неуверенно стояла, не делая ни шагу.— Учти, итальянские женщины умеют за себя постоять,— ещё раз перестраховалась я и, когда он цокнул и движением головы показал, чтобы я села уже наконец в машину, я взяла Сиену на руки и пролезла внутрь.
— Я же пообещал на мизинчиках, Риккарда,— перед тем как закрыть дверь проконстатировал факт Эдмунд.
5.1
Первые пятнадцать минут (которые, казалось, длились вечность) я напряжённо смотрела в окно, контролируя дорогу. Казалось, что у меня началась паранойя, потому что любая проезжающая мимо машина вызывала лёгкий тремор из-за мыслей, что сейчас нас обязательно подрежут на машине и убьют.
Эдмунд без умолку рассказывал о чём-то, но вникла я лишь в середине пути. Это и помогло мне немного расслабиться.
— Твой брат очень интересный человек на самом деле, но ты это и так знаешь, наверное,— не отвлекаясь от дороги, рассказывал он, а я молча слушала. Может, узнаю что-то новое о родном брате? Эдмунд уж точно знает его лучше, чем я.— Шон, это наш с Джони общий знакомый, попросил меня довезти его в тот день. Ну, ты, наверное помнишь, как я в первый раз навестил вас,— он бросил быстрый, но многозначительный взгляд в мою сторону, а потом снова отвёл его на дорогу.— В общем, это была крайне интересная поездка,— он улыбнулся своим же словам.— Ещё до того, как он успел надраться, я пару минут с ним поговорил в клубе... В пьяном состоянии это совсем другой человек, конечно: тогда, по дороге домой, он был таким искренним, что мне становилось неловко немного,— он беззвучно посмеялся.— У него даже манера речи меняется... Вот он за свои восемнадцать лет видел многое, это сразу ощущается,— уголок моих губ поднялся наверх, но в глазах, я знаю, была видна вся горечь, что образовалась в моей душе из-за последних слов Эдмунда.
— Да, ему нелегко пришлось,— грустно подтвердила его догадку я. И правда нелегко. Я точно должна была быть рядом с Джони тогда вместо того, чтобы просто сбежать... А вот и ещё одна вещь, в чём я похожа на своего папу.
— Когда я был в одиннадцатом классе, мы с родителями попали в страшную аварию, и я провёл в коме две с половиной недели. После того, как очнулся, мне пришлось заново учиться говорить, ходить, ну, и вообще совершать какие-либо действия...— Эдмунд замолчал и его лицо помрачнело, будто он снова проживал те моменты. Меня застали врасплох внезапными откровениями, поэтому сейчас я внимательно смотрела на него с равнодушным выражением лица, но переполняющим изнутри сочувствием, ожидая продолжения.— Тогда я понял, что популярность может быть одинокой,— усмехнулся он.— Ни один из моих друзей даже ни разу не написал мне. Я пропустил полгода обучения, поэтому логичным решением было пройти курс одиннадцатого класса заново. Я вернулся в школу совершенно другим человек,— внутри всё сжималось от догадок о том, как больно Эдмунду было осознавать, что все слова его бывших друзей были лишь пустым звуком.— Я это к тому, что у всех случается какое-то д*рьмо, но я ни разу не встречал кого-то с глазами более трагичными, чем у Джованни. Но он молодец, держится,— последнюю фразу он проговорил так просто и весело, будто до этого ничего другого не было сказано.
Я гладила мягкую шерсть Сиены, тем самым успокаивая себя. М-да, Эдмунд точно из тех, кто заставляет задумываться о том, что на самом деле важно.
— Долго ещё?— после затяжного молчания спросила я, всматриваясь в пейзаж за окном: уже стемнело, но улицы были заполнены людьми. Наверное, никто не решился упускать возможность погулять в хорошую погоду. По телу пробежались мурашки, когда я снова задумалась о словах Эдмунда о том, что каждый переживает плохие времени, но Джони пришлось куда тяжелее многих. Я остановила взгляд на громко смеющейся парочке девушек... Многое пришлось им пережить? Что тревожит их душу? Кто они друг другу? Какая их ждёт судьба? Столько вопросов и ни одного ответа, и неважно, что я совсем их не знаю, ведь по отношению к себе у меня не меньше вопросов.
— Три, два и-и-и-и... Один,— он припарковал машину у многоэтажного офисного здания.
— Приехали?— недоверчиво переспросила я, осматривая местность через лобовое стекло. Он был так воодушевлён показом офисного здания? Или его клятва на мизинчиках - брехня, и Эдмунд сейчас ведёт меня прямо в лапы мафии?