С каждой фразой лицо Блэка вытягивалось от непомерного изумления. Он не мог поверить. Тем временем Гросвенор продолжал его удивлять:
– Мною же была организована операция по поимке Петтигрю и передача его в руки правосудию. Питера казнили с особой жестокостью и цинизмом – пустили на опыты.
Блэк слегка приподнял уголки губ, но улыбался он, словно скалился.
– Послание на стене замка, – продолжил Ричи, – тоже моих рук.
Блэк вначале завис, как современный для этого времени компьютер. Переварив новость, он разразился лающим смехом.
– Отличная шутка! – прокомментировал он. – Нам бы в молодости такое в голову не пришло.
– И ещё, мистер Блэк, – с невозмутимым видом добавил Ричард, – я попросил госпожу министра сжалится над вами и заменить арест за побег из Азкабана и незаконное проникновение в школу магии и волшебства на скромных размеров штраф…
Веселье смыло с лица Сириуса, как хатку бобра половодьем.
– То есть меня могли снова упечь в тюрьму?
– Да, мистер Блэк. Но, скорее всего, вас приговорили бы к смертной казни, чтобы больше не создавать себе проблем.
– Смертная казнь?! – брови Сириуса от изумления взлетели ввысь, а размерами глаз он мог посоревноваться с домовым эльфом.
– Отмазать вас было весьма непросто, мистер Блэк. Мне пришлось использовать всё своё влияние и связи, чтобы оставить вас живым и свободным.
– Но почему?! – не мог понять Блэк. – Граф, зачем вам это?
– Мистер Блэк, у меня немного друзей. Один из них Гарри Поттер.
– Гарри? Малыш Гарри?!
– Да, мистер Блэк. Только он уже далеко не малыш.
– Как он? – с огромным интересом поинтересовался Сириус.
– Раньше Гарри приходилось нелегко. Мы повстречались с ним, когда я занялся благотворительностью и поехал с инспекцией в одну неблагополучную семью. Он жил с тетей, сестрой матери. Опекуны относились к Гарри не лучшим образом. Я нашел его родного дядю и поспособствовал смене опекунов.
– Какого дядю? – удивился Сириус.
– Скотт Поттер, старший брат Джеймса Поттера. Сквиб, которого Поттеры выгнали из дома в возрасте одиннадцати лет.
– Как? Не может быть… – Блэк сидел с таким видом, будто на него вылили ушат воды. – У Джеймса был старший брат?
– Был и есть, мистер Блэк. Гарри теперь счастлив, сыт, хорошо одет, окружён любовью и заботой, к тому же получает от меня через благотворительный фонд щедрое сиротское пособие. Гарри мечтает после окончания Хогвартса устроиться в тайную службу Её Величества и заслужить титул.
– Ох, как многое я упустил… – Блэк выглядел одновременно опечаленным и радостным. – Но я счастлив, что с Гарри всё хорошо. Граф, я вам безмерно благодарен. Если бы не вы…
Ричард выставил перед собой правую руку.
– Пустое, мистер Блэк, – оборвал он словоизлияния. – По моим сведениям вы так и не нашли себе занятия…
– Да, – кивнул Сириус. – Никому не нужен бывший уголовник…
– Мистер Блэк, скажите, как вы относитесь к Гарри Поттеру?
– Как? – задумчиво протянул Сириус. – Я люблю Сохатика. Это же сын моих друзей, мой крестник.
– Тогда… Хм… Даже не знаю, стоит ли вас посвящать?
Заинтригованный Сириус подался вперёд. Он повелся на совсем детский трюк привлечения внимания.
– Лорд, конечно! Если это касается Сохатика, я хочу всё знать!
– Жизнь Гарри находится на волоске. Всё из-за крестража.
– Из-за чего?
– Крестраж, – продолжил Ричард. – Предмет, который удерживает душу волшебника в мире живых, что дает ему шанс на возрождение. Сами-Знаете-Кто в ту роковую ночь погиб от своего заклинания Авада Кедавра, отражённого неизвестной магией ото лба Гарри. Но для Гарри это не прошло бесследно – в нём остался кусочек души Сами-Знаете-Кого. Малыш превратился в живой крестраж. Пока жив Гарри Поттер, душа Сами-Знаете-Кого останется в этом мире. Более того, Сами-Знаете-Кто сможет воздействовать на Гарри через духовную связь.
На лице Сириуса проступило волнение.
– Ужас… Бедный Сохатик…
– Это не всё, мистер Блэк, – продолжил дожимать Ричи. – Невыразимцам стало известно об этом. Дамблдор тоже знает или догадывается. Есть шанс, что Гарри попросту не дадут дожить до конца обучения в Хогвартсе, чтобы не оставлять шанс на возрождение Сами-Знаете-Кому. Пожертвовать одним ради благополучия других…
Взволнованный Сириус вскочил с кресла. Он стал нервно расхаживать по комнате. Застыв на месте, он обратил свой взор на лицо Гросвенора, столь же эмоциональное, как булыжник.
– Что же делать? Лорд, у вас есть идеи?