Потом подобные операции превратились в рутину. Она при помощи бортового искина разработала заклинание для перемещения при помощи порталов в новом для себя мире без необходимости разведки новых координат. Сразу стало намного легче. Потом девочка стала варить впрок уменьшающее зелье, разбрызгивая которое, облегчала себе задачу и увеличивала размер добычи.
Уже к двадцатой вылазке ей надоело делать всё самой. На её организм и так приходилась повышенная нагрузка. И тогда в голове Гермионы появилась идея привлечь других студентов. Но, чтобы заставить их делать что-то, нужно было учеников как-то заинтересовать. Понадобились деньги. И тогда в свою двадцать первую вылазку Гермиона пошла на неординарный шаг: похитила золотой резерв Великобритании!
С появлением золота всё стало намного проще. Гермиона заказывала зелья не только у студентов, но и через посредников, стала делать закупки больших партий волшебных составов и различных артефактов от мастеров магии.
С подручными средствами дела пошли намного лучше. Ричард был очень доволен работой Гермионы.
После ограбления золотовалютного хранилища в Гермионе словно что-то надломилось. Она внезапно осознала, что всего через несколько месяцев ненавистный эксплуататор исчезнет из её родного мира. И что тогда? Он ведь может забрать свою броню, без которой Грейнджер себя не мыслила. И тогда она решила, что нужно позаботиться о себе, о своём будущем.
В последующие вылазки она часть времени тратила на добычу ценностей исключительно для себя. Золото, бриллианты, старинные украшения, произведения искусства: она похищала всё без разбора, главное, чтобы стоило дорого. Так постепенно Гермиона набила несколько мини-контейнеров, которые внутри были размером с огромный ангар. Эти контейнеры за большие деньги она купила на чёрном рынке. Точно такие же под отчёт ей выдавал Ричард.
Не все операции проходили гладко. Полтора десятка раз из семидесяти семи вылазок её деятельность замечали волшебники. В первые два раза она сбежала. Но потом жадность взыграла. Во время очередной неудачной операции она вступила в бой с силами аврората… и вышла победительницей. Возможности ИМБА казались запредельными. В бронескафандре Грейнджер чувствовала себя неуязвимой. Пару раз это чуть не стоило ей жизни, что в итоге научило осторожности.
В итоге за этот учебный год Гермиона сильно изменилась. Её сложно было назвать девочкой. Холодный взгляд заставлял в страхе ёжиться самых отпетых хулиганов. Слизеринцы обходили Гермиону десятой дорогой и были с ней предельно вежливы. Правда, это случилось не сразу.
В марте один из старшекурсников Слизерина, чистокровный волшебник, родители которого были сторонниками Воландеморта, совершил огромную глупость – ему не понравился убийственно ледяной взгляд Грейнджер, из-за чего он с презрением обозвал девочку грязнокровкой.
Закаленная в боях Гермиона ответила сразу же без раздумий. На автомате Гермиона выполнила самое привычное из своих заклинаний, которое за последнее время использовала тысячи раз. Эти чары настолько въелись в подкорку и рефлексы, что девочка даже не задумалась, что в её руке нет волшебной палочки. Она привыкла использовать уменьшающее заклинание, находясь в ИМБА, а там палочку держать не приходится.
В результате на глазах ухмыляющихся старшекурсников Слизерина, которые предвкушали, как опустят грязнокровку, произошло нечто невероятно пугающее. Та самая "маглорожденная" злобно ощерилась и молча махнула рукой, в тот же миг здоровенный семикурсник стал размером со спичечную коробку. "Грязнокровка" вторым безмолвным взмахом притянула к себе мелкого верещащего слизеринца, подняла за шиворот двумя пальчиками и грозно посмотрела. Принюхавшись, она сморщила носик и произнесла:
– Фу-у… Ну ты засранец…
После чего она под взглядами больших глаз застывших истуканами старшекурсников Слизерина, которые были белее мела и боялись даже вздохнуть, поставила на пол седого, обгадившего штаны парня. Она одарила строгим взором задержавших дыхание слизеринцев и мягко попросила их:
– Мальчики, вы ничего не видели.
Мальчики закивали подобно болванчикам. Уж они в тот миг были готовы поклясться, что внезапно ослепли и оглохли и вообще находились в другом месте.
Гермиона мило улыбнулась, от чего свидетели "сражения" чуть сами не поседели и не открыли в штанах кирпичный завод, и спокойно пошла дальше по своим делам.