У такого молекулярного принтера есть ограничения. Идеальной точности от него добиться невозможно. Предельный допуск в девяносто семь нанометров. И если для современной микроэлектроники это много, поскольку современные процессоры, чипы и транзисторы создаются по техпроцессу минимум пятьсот нанометров, то к концу девяностых годов ста нанометров будет не хватать. Зато до тех пор преимущество будет за продуктами Гросвенора. А потом наверняка выйдет усовершенствовать технологии, если это потом для Земли наступит.
Естественно, Ричард тут же приказал отменить копирование техники, переобучить волшебников этого производства на изготовление молекулярных принтеров в портативных модульных боксах. Их понадобится много, очень много.
Такие техно-магические фабрики не отменяют труда человека. Например, создаётся сотовый телефон. Его контроллеры нужно прошить, установить операционную систему, протестировать. И так со всей электроникой. Но процесс производства многократно дешевле классического. Осталось дело за малым – патенты.
В теории молекулярные фабрики Гросвенора способны скопировать любую современную продукцию. Но юридически он не имеет на это права. Нет, в принципе можно использовать копирование для применения на других планетах. Но на Землю такую продукцию поставлять нельзя, иначе засудят. Поэтому нужно много патентов. К тому же, молекулярные фабрики способны создавать более продвинутую и качественную продукцию, чем любое современное земное производство, при этом крайне дёшево. Но для той же микроэлектроники нужны свои программы.
Перед Ричардом встала очередная проблема: где взять столько нужных специалистов? Часть можно переманить, но это не выход. Следовательно, необходимо строить университеты, институты, техникумы на Пурпуре. Не стоит забывать о школах и детских садах. Также жизненно необходимо создать медицинскую инфраструктуру: поликлиники, больницы и госпитали.
Без медицины современное общество невозможно. Ученые будущего доказали, что без медицины люди доживали бы в среднем до тридцати восьми лет, что немногим больше, чем в каменном веке.
В общем, перед Ричардом снова в полный рост встали проблемы, которые требовалось срочно решать. И если с разработкой программного обеспечения отлично справлялись искины, то сами они без участия инженеров моделировать новые продукты не могли. Защита от бунта ИИ, без которой никак. Зато стоит инженеру поставить задачу перед ИИ, как она будет решена невероятно быстро. С ИИ и молекулярными фабриками между началам проектирования и появлением готовой продукции настолько мелкий промежуток, что утром инженер может поставить задачу, а вечером получить готовый продукт.
Например, нужен новый сотовый телефон с большим объемом памяти, доступом в интернет, мощным процессором, цветным дисплеем и емким аккумулятором. Грамотно поставь задачу перед искином и уже завтра можешь начать выпуск самых крутых телефонов в этом времени. То же самое с компьютерами и прочей техникой.
Изначально Ричард пошел по пути выкупа небольших фирм, у которых были патенты на производство различной микроэлектроники. Он собирался продолжать выкуп подобных компаний. Но теперь в этом отпала необходимость. Все, что нужно, может быть уже в ближайшем будущем получено на предприятиях Гросвенора.
Из-за этого Ричи позвонил в "Гросвенор Джуниор" и приказал избавляться от всех ценных бумаг. Вскоре акции Майкрософт, Эпл, Микрон, Нокиа и прочих фирм сильно упадут в цене, ведь на рынок выйдут более совершенные и недорогие компьютеры с доведенной до идеала операционной системой и различными программами. Ведь ИИ, в отличие от людей, разрабатывают софт скрупулезно, вымарывая весь мусор, избавляясь от всех ошибок, доводя программный продукт до идеала.
За примерами далеко ходить не надо. Уже в конце марта Ричард совой получил новую линейку электроники под брендом "Гэлэкси Инжиниринг". Логотип на всей технике был сокращен до "GE".
У себя в спальне Ричард увеличил посылку и разложил на столе кучу девайсов. Эрни Макмиллан и Джастин Финч-Флетчли с любопытством наблюдали за ним.