— Когда начинают каменщики труд свой?
— В полдень.
— Который час теперь?
— Полдень.
— Приступим же к труду, братья.
Молоток магистра снова падает на алтарь. Тотчас поднимается магистр парижских Учеников Зороастра и держит перед каменщиками речь.
…Заседание ложи приходит к концу. Рафаэлю снова наложили повязку на глаза и вывели из ложи.
Возвращаясь к себе в казарму, Риэго впервые шагал легко и бодро, как в былые, юные годы. Его обуревали мысли о будущем. Ему смутно рисовалось тайное масонское братство офицеров испанской армии. Благодетельная сила братства поможет возрождению Испании, начатому кадисскими кортесами. Масоны просветят страну, напомнят грандам и купцам о евангельском долге христианина — о милосердии и благотворении. Офицерская масонская ложа станет опорой короля и конституции, соединит невидимыми нитями лучших людей Испании с масонами Франции, Англии И других передовых наций…
Рафаэль решил просить о приеме его в члены масонского братства.
Еще до вступления Риэго в ложу ему дано было испытать могущество вольных каменщиков. Лионские масоны изъяли метлу из рук Рафаэля и поместили его в контору торговца. Те же покровители вывели военнопленного из казармы и устроили на вольное житье у городской окраины.
В один из вечеров Рафаэля окликнул на улице незнакомец: сегодня состоится прием его в ученики ложи.
Пошли вместе. И снова он в доме братства. Его отводят в отдаленную комнату и оставляют в одиночестве.
Входят два масона в передниках с молотками и угольниками. Безмолвно обшаривают его карманы и забирают все металлические вещи. Потом обнажают правое его колено и левую половину груди. Завязав Рафаэлю глаза, его уводят в другое место.
— Ты в камере размышлений. Когда услышишь три удара, сними повязку.
Гнетущая, гробовая тишина. Томительно тянутся минуты. Наконец Рафаэль слышит глухие удары масонского молотка и срывает повязку.
Вся комната затянута черным. Стены, потолок, даже пол. Выделяются надписи: «Если тебя привело сюда любопытство или честолюбие — ступай прочь», «Если ты боишься узнать о своих заблуждениях — бесцельно оставаться здесь», «Если ты ратуешь за неравенство людей — спеши отсюда, здесь подобное неведомо».
В комнату входит магистр. У его пояса старый, тяжелый меч.
— Рафаэль Риэго, из этой камеры тебя могут увести ноги. Из лона братства — только смерть. Чего ищешь ты среди вольных каменщиков?
— Я пришел сюда узнать истину и содействовать в меру своих сил счастью людей.
— Счастью Испании?
— Счастью всех людей и счастью Испании.
Долго беседует магистр с Рафаэлем. Рисует перед ним страшные последствия неверности или легкомыслия. За несоблюдение тайн братства виновного ждет смерть. Смертью карается предательство или забвение клятвы.
Магистр извлекает меч из ножен и приставляет острие к обнаженной груди Рафаэля. Снова на его глаза тщательно прилаживают повязку. На шею набрасывают веревку. В таком виде он предстает перед собранием братьев.
— Зачем пришел ты сюда?
Ответы, какие положены по обряду, ему подсказывают шепотом:
— Чтобы быть посвященным в тайны вольных каменщиков.
Тут кто-то пронзительно кричит:
— Гоните его вон отсюда!
Его выталкивают из зала, но тотчас вводят снова. Рафаэль слышит:
— Что нам делать с этим неучем?
— Бросьте его в преисподнюю!
Множество рук поднимает его и швыряет куда-то. Рафаэль пугается не на шутку. Но его уже подхватили другие руки. Он снова на ногах.
Тут слышится грохот опускаемых решеток, скрежет засовов, скрип ключей в заржавленных замках. Воцаряется полная тишина. Рафаэль чувствует, что он брошен в подземную темницу.
Вдруг раздается оглушительный удар молотка и резкий окрик мастера:
— На колени!
Стоя на коленях, кандидат в ученики выслушивает устав масонского ордена. Рафаэлю известно уже почти все, что говорит ему магистр: устав велит бороться с сословными и национальными предрассудками, содействовать просвещению, помогать бедным, наказывать тиранов и во всем следовать решениям ложи.
Магистр вкладывает в руку Рафаэля кубок:
— Если когда-либо в грудь твою проникнут предательские чувства, твое питье обратится в яд! Повторяй за мною: «Клянусь строго и честно выполнять все предписанные мне вольными каменщиками обязанности. Если я когда-нибудь нарушу мою клятву…»
Кубок касается губ. Рафаэль глотает сладкий напиток.