- Где эта психушка?
Старлей оторвал листок бумаги, легким движением написал адрес, подал Варваре и заметил.
- Пейзаж вас ожидает невеселый.
- Как понимать?
- Я же сказал - "ломка". Наркоманы и без того идиоты, а когда идет "ломка", то есть когда возникает реакция на наркотики, а дозы нет - они становятся вовсе невменяемыми.
- Спасибо, я это знаю.
Она вышла из отделения не оглядываясь - знала и так, что Лаптева поспешает следом.
Сели в машину, Лаптева продолжала хлюпать носом, вздрагивать всем телом рядом. Варвара сказала, не глядя на неё.
- Надо было сказать, что ваш сын наркоман.
- Да бросил он, бросил! Год с лишком ходил чистый! А теперь в рейс его не взяли, так он затосковал и... И снова сдурел.
- Чего вы хотите теперь от меня?
- Родная! Его вытащить надо из "психушки"! Его же там заколят всякими лекарствами! Химией всякой! Погибнет мальчик! Вытащи его оттуда!
- Не думаю, чтоб у нас это получилось...
- У тебя получится! Обязательно! У тебя всякий мужик в покорность впадает и послушный становится!
Комплемент был сомнительный, но как ни странно не то чтоб польстил Варваре, но взбодрил её.
Она глянула на бумажку с адресом, включила мотор.
"Психушка" была попросту соответствующим отделением при большой районной больнице. Но в отличие от других подразделений учреждения, на входе в "психушку" стояли два милиционера, а сама дверь оказалась двойной решетка, а потом стальная створка.
Внутрь - не пустили. Кое-как удалось уговорить позвать заведующего отделением. Один их охранников что-то пошептал по телефону, игриво кося глазом на Варвару, и через минуту в холл вышел молодой мужчина, гибкий, резкий, альбинос в модных очках. Увидел Лаптеву и изумился.
- Мамаша, вы у нас уже были сегодня! Я же вам всё что мог объяснил!
Вот так-то - зачем тогда нужен был бесполезный визит в милицию? Глухое раздражение уже закипало в груди Варвары, но пришлось продолжать начатое.
- Простите, она женщина простая и как я предполагаю, ничего не понимает, что происходит. Лаптев работает у меня.
- Дмитрий Алексеевич. - подал руку врач, Варвара назвала себя, Валентина Андреевна словно растворилась, сравнялась цветом с невыразительной стеной холла.
- Ваш служащий, Варвара Сергеевна, - плох. Переживает острый приступ реакции на наркотики. На жаргоне наркоманов это называется "ломкой"
- Он хронический наркоман?
- Вопрос преждевременный.
- У меня есть предположение, что он только сорвался.
- Слышал эту легенду. - врач повернулся и попытался различить Валентину Андреевну на фоне стены. - Но смею утверждать, что далее легенды этот факт не развивается.
- Я бы хотела его увидеть. - решительно произнесла Варвара.
- Зачем? - спросил врач без удивления. - Вы разве не понимаете, что это сейчас... Не человек. Сумеречное сознание, адские боли и полная неадекватность с окружающим миром.
Пришлось отчаянно врать.
- Понимаете, Дмитрий Алексеевич, до того как он...Ну в общем у него остались очень нужные моей фирме документы. Финансовые. Я без них просто сгораю синим пламенем. Он их куда-то спрятал, мы никак не можем найти.
Врач глянул с любопытством.
- Вы заняты бизнесом?
- Да - Я решил, что вы крупный чиновник или депутат Госдумы... Или...
Он улыбнулся двусмысленной улыбкой, Варвара спросила.
- Или - кто?
- Или бандерша очень привилегированного, только для элиты - борделя. Вы не обижайтесь, сегодня это не оскорбление, а комплимент высшего класса.
- Спасибо. Так поглядим на Лаптева?
- Без его матери.
Валентина Андреевна так и не отделилась от стены, а перед Варварой и врачом открыли обе двери в длинный, чистый и сумрачный коридор.
Врач шел легко и уверенно мимо закрытых дверей, из-за которых не доносилось ни звука, хотя Варвара ожидала нечеловеческого воя, зубовного скрежета и звука могучих ударов - ведь так, по фильмам судя, укрощают взбесившихся здоровяки санитары.
Врач словно уловил мысли Варвары, или он уже знал реакцию всех сюда входящих новичков, сказал с улыбкой.
- У нас обычное учреждение. Перманентно - тишь и гладь.. Хотя порой бывает такое, что не увидишь ни в одном фильме ужасов.
Они сделали поворот по коридору и врач распахнул дверь, за которой оказалась обычная палата на одну койку.
Варвара едва узнала Лаптева, тем более что видела его раньше лишь мельком.
Какой-то жалкий комок человеческого тела, лежал на измятых простынях сжавшись в комок, голову просунул между колен, ритмично дергался и издавал непонятные звуки - то ли стонал, то ли рыдал Ноги его были туго связаны полотенцем, но руки - свободны. Мокрые волосы слиплись на высоком лбу, глаза были закрыты, но через секунду он среагировал на появление людей, открыл веки и тут же потребовал с плаксивой настойчивостью.
- Дайте же укол, дайте! Уколите, я умираю... У меня уже ноги холодные.
Варвара глянула на врача с испуганным вопросом в глазах, тот понял и сказал тихо.
- Чего-нибудь дадим попозже...
- Можно я его спрошу о документах?
- Попробуйте...
Варвара шагнула к койке, никаких стульев - табуреток тут не было и она присела с краю, возле больного.
В палату быстро заглянула, не переступая через порог, юная девушка в халате и изящном колпаке на голове, позвала энергично.
- Дмитрий Алексеевич, Симаков совсем плох мы его...
Она осеклась, увидев Варвару.
Врач тронул Варвару за плечо.
- У вас пять минут. Я сейчас вернусь.
Он вышел, а Варваре стало дурно от расширенных глаз Владика в которых не было ничего, кроме животной мольбы.
- Спасите же меня... Дайте хоть курнуть...
- Владик... Ты меня узнаешь?
- Да...
- Почему ты не поехал в рейс на Ташкент?
- Не взяли... Никто туда не поехал. Скажите им, чтоб укол мне дали.
- Хорошо, Владик. Тебе дадут укол, я обещаю - Вы добрая... Вас убьют...
Варвара опешила было, но потом сообразила, что вряд ли парень что соображает и ощущает в реальности минуты, (кроме своих острых желаний) а уж что либо вспомнить из дней минувших не может вовсе.
Да если и вспомнит, всё, скорее всего, представляется ему в ином свете.
- Владик, меня никто убивать не собирается.
Он оборвал её быстрой скороговоркой - Да, да, да, убивать не надо, это не надо, главное дурь, деньги, героин, "винт", когда вас убьют, все получат много денег.
- Каких денег? - ляпнула Варвара, с запозданием сообразив, что вопрос её так же нелеп, как лепетание больного.
- Денег, денег, много кайфа, никто мешать не будет - Кто тебе такое обещал?
Владик на секунду затих, казалось что мгновенно заснул или отключился, но потом открыл глаза, с угла рта у него побежала струйка слюны, проговорил почти осознанно.
- Так будет.
- Что будет?
- Хорошая египетская жизнь Это Варвара поняла - Владик, как и все, увязывал своего бригадиры с этим дурацким определением - "египетский" и теперь выдернув из сумрака сознания воспоминания о людях минувших дней именно так и определил Иваныча.
- Тебе Иваныч обещал кайф? - на удачу спросила она, а Владик зашептал с испугом.
- Зачем Иваныч? Какой Иваныч? Нет, я не знаю. Дай же мне укол, дай! Хоть что-нибудь! Курнуть дай!
- Тебе сейчас принесут. Ты лежи, когда выйдешь, мы тебе поможем.
- Ты обещала! - в полный голос закричал больной и под этот вопль Варвара вытряхнулась из палаты.
Дмитрий Алексеевич уже шел ей навстречу по коридору и спросил рассеяно, ещё не вырвавшийся из своих забот по другим делам.
- Ну, узнали что вам надо?
- Да. Он сказал, куда положил документы.
Врач взглянул удивленно.
- Даже так? Странно... При такой ломке происходит нарушение функций и... Вы не особенно доверяйте его словам. В таком состоянии подобные больные с определенной реальностью сознают только одно - мир наркотиков и всё что вокруг этого вращается.