— Ты говоришь, конечно, убедительно, но как я могу доверять тебе и идти с тобой куда-то, если я ничего не знаю, и ты мне рассказать не хочешь? — настороженно произнесла она, с вызовом глядя на спутника.
Тут вдруг со стороны аллеи раздался тяжёлый топот нескольких пар ног, по звуку явно не человеческих, и грубые скрипучие голоса, сливающиеся в мерзкую режущую какофонию.
— Ну во-о-от, я же говорил, упрямая, — фыркнул Калеб.
Кейт не успела опомниться, как её крепко схватила за руку большая тёплая ладонь, и последнее, что она увидела, — это расплывающиеся, словно в кривом зеркале, морды монстров.
Глава 3. Добро пожаловать в Рифеддол
Кейт очнулась уже в другом месте на каком-то странном поле, хотя точно помнила, как была только что около реки. С удивлением она обнаружила себя в объятиях темноволосого парня.
— Отпусти сейчас же! — быстро вскочив на ноги, девушка вырвалась из крепкой мужской хватки и огляделась.
Вокруг росла достаточно длинная трава необычной формы, раньше Кейт такой не видела. Она принялась из любопытства трогать её на ощупь. Стебли были похожи на бумажные, словно из папье-маше, а листья выглядели круглыми, будто мыльные пузыри: полые внутри, снаружи покрытые лишь тонкой прозрачной плёнкой, по структуре напоминающей своеобразный гибрид стекла и резины. Ночное поле было ярко освещено насыщенным зелёным светом, из-за чего трава казалась изумрудной. Подняв же голову, Кейт увидела на небе несколько мелких луноподобных светил зелёного цвета, сбившихся в кучу, что придавало им образ виноградной грозди.
— О-фи-геть, — по слогам произнесла она. — Это такой сон, или я просто сошла с ума?
— Добро пожаловать в Рифеддо́л, — весело ответил Калеб.
— Это и есть твой мир? — спросила его спутница. — Какой-то он странный. Слишком нереальный.
— Да, я живу тут с рождения. А понять что-либо логически даже не пытайся — здесь не действуют ваши физические законы.
— Так это параллельная вселенная или что?
— Можно и так сказать. Но будет правильнее отнести его к другому измерению.
— А что это за необычные растения? И эта штуковина на небе? — Кейт всё больше удивлялась окружающей обстановке, и её интерес возрастал с каждым полученным ответом.
— Какая же ты любопытная, — на лице Калеба отразилась снисходительная улыбка, словно ему задавал вопросы маленький ребёнок. — Растения называются дейтего́ния. Из эссенции их листьев изготавливают гектоплазму, с помощью которой мы сегодня летели. А на небе ты удостоена чести созерцать нашу прекрасную Гиа́ру — это что-то вроде вашей Луны.
— Понятно. Спутник, в общем.
— Не совсем. Гиара является скоплением нескольких более мелких светил: Нейло́нии, Акра́сии, Гелеа́нтии, Киуру́на и Пеле́сты. Но по сути, значение такое же — светить в ночное время.
— Интересно тут у вас всё устроено, — задумчиво произнесла девушка.
— Ты ещё не видела Гиару во время начала фазы. Там целое представление. Как-нибудь, возможно, я тебе покажу, — услышала Кейт томный низкий голос рядом со своим ухом и резко отпрянула, чем вызвала смешок у идущего рядом парня.
— Не подходи ко мне так близко, сохраняй хотя бы небольшое расстояние, — попросила его девушка, недовольно косясь на незадачливого кавалера.
— Какие мы недотроги, — иронично произнёс Калеб, но просьбу всё-таки выполнил.
Продолжая беседу в таком духе, они прошли до конца поля и приблизились к большому каменному строению с окнами.
— Здесь у нас жилые помещения и рабочие зоны. Пойдём, — молодой человек открыл дверь, пропуская Кейт вперёд.
Внутри всё выглядело очень аккуратно: пол был сделан из красного мрамора (или его аналога в Рифеддоле), на белоснежных стенах красовались искусно нарисованные картины, вероятно, известных местных художников, а так же грамоты и благодарности жильцам, которые добились успехов в какой-либо важной области знаний или развитии способностей.
Спутники поднялись по витиеватой лестнице на третий этаж и подошли к одной из центральных дверей. Калеб несколько раз постучал на замысловатый манёвр, чем вызвал недоумение у девушки.
— Шифр. Эдди любит всё усложнять, — пожал плечами он.
Дверь отворилась. На пороге стоял молодой человек примерно возраста Калеба, высокий и очень худой, со спокойными прямыми чертами лица, которое наполовину скрывали широкие лабораторные очки. Кожа у него была неимоверно бледной. Одежда же выдавала в парне учёного: подобие халата по всей длине тела с кучей карманчиков и торчащих оттуда внутренностей химической, и не только, природы, а светлые волосы парня были растрёпаны во все стороны. При этом его образ не выглядел комично, скорее наоборот — демонстрировал в своём обладателе силу ума и тягу к знаниям.