Дума о снеге
Предзимние размышления любителя ездового спорта и владельца упряжки северных ездовых собак. Сочинилось, когда перед новым годом и за две недели до важных соревнований вдруг растаял весь снег. Подражание Лермонтову М. Ю.
Выхожу с собакой за ворота.
Серо, скучно, пусто. Гололёд.
И печалит ум одна забота:
Где же снег? Когда же он пойдет?
Он придет, и белый, и пушистый,
Принакроет мир своим платком,
И тогда помчимся полем чистым
Мы с морозным свежим ветерком!
Но сегодня уж не жду я чуда,
И за небом чутко не слежу.
Я как есть тренироваться буду,
Из сарая скутер вывожу.
Мы поскачем весело и скоро,
Против ветра, набирая ход...
Пусть глядит насмешливо с забора
Вслед моей упряжке серый кот.
Как хорошо уметь водить!
Стих, родившийся после первой самостоятельной поездки на машине. Подражание Валентину Берестову.
Как хорошо уметь водить!
Не надо к мужу подходить,
Упрашивать за разом раз,
И слышать: "Позже!", "Не сейчас!"
Не надо километры топать,
Вдыхая вдоль проспектов копоть,
Тесниться буквой зю в маршрутке,
Случайной жизнь вверять попутке,
Автобуса часами ждать,
В метро с разбегу залезать,
С собой таща тяжелый куль...
Ведь можно просто сесть за руль!
Ухокрылья песнь
Песня, сочинённая крылатым, содержавшимся одно время в княжеском зверинце, и переведённая на тормальский язык некой девицей Красой из рода Чёрных Воронов.
О чём свежий ветер поёт под крылом
И нежно шумит в перекатах вода?
О жизни привольной в Поречье родном,
О крае, что в сердце моём навсегда.
Из норки уютной на тех берегах
Однажды увидел я первый рассвет,
И утром погожим в густых камышах
На глине оставил я первый свой след.
Узнал, как прекрасно парить в вышине,
Закаты встречать на порогах у скал,
Но земли иные я видел во сне,
О странствиях дальних беспечно мечтал.
Окрепшие крылья так звали в полёт,
И в небо манила ночная звезда...
Я верил: кто смел, своё счастье найдёт.
Как был я наивен и молод тогда!
Скитался по миру, искал тех чудес,
Что виделись прежде мне только в мечтах,
А истинным чудом был древний наш лес
И берег родимый в густых камышах,
И песни крылатых в ночной синеве,
И в заводях тихих кувшинок цветы,
И капли-росинки с утра на траве...
Нигде под Луной нет такой красоты!
Ах, если б вернуться обратно, домой,
Туда, где неспешно течёт Ночь-река!
Но прочны решётки под замка стеной,
И крепки запоры, и цепь коротка.
И всё же во сне я увижу опять,
Как воды реки отражают Луну.
Покуда я жив, я умею летать,
И душу мою не удержишь в плену.
Дева из глины
Песня-сказка из не вошедшего в "Сказку наизнанку". "По легенде" её сочинил один этл, пытавшийся убаюкать человеческого младенца. Как основу для песни он использовал людскую сказку, но невольно внёс в неё капельку своего, нелюдского понимания мира.
Жил старик со своею женою
В небогатой и ветхой избушке,
У реки, под большою сосною,
На бескрайнего леса опушке.
Они мирно и ладно прожили
Век под синим безоблачным небом.
Об одном лишь порою тужили:
Что Маэль им детей так не дал.
Раз в ненастную тёмную ночку
Просит баба, смотря за окошко:
«Слепим, старый, из глины мы дочку
И потешимся с ней хоть немножко!»
А старик-то и рад согласиться.
Вместе вышли на берег из дома,
Для забавы слепили девицу:
Глазки — угли, коса — из соломы.
Ленты яркие в волосы вдели,
Нарядили во платье льняное,
И по воле Благого Маэля
Кукла сделалась девой живою.
В ветхом доме под старой сосною
Стали вновь песни юные литься.
Дочь растёт: хорошеет собою,
Рукодельница и мастерица.
«Что все дни ты проводишь лишь с нами? —
Мать-старуха пеняла всё дочке, —
Не поёшь у костра вечерами,
Не пускаешь по речке веночки?
Юность милая так скоротечна,
Ветер дев красоту поразвеет.
Зря увянут цветы, что беспечно
Плода в срок завязать не успеют».
Вот в Маэлеву ночку подруги
На гулянье ту деву позвали,