Теперь задумался посетитель:
— А вы сами мне что посоветуете?
Редактор потихоньку закипал изнутри, но держался.
— Для вас мы можем придумать что-нибудь пооригинальней, чем то, что я сейчас предложил. Ну, например…. — редактор закатил глаза к потолку и выдавил из себя: — Ну, например… «Новизна дебютная».
Теперь пришла очередь закатить глаза к потолку посетителю. Он, прислушиваясь к собственному голосу, тихо повторил услышанное и спросил:
— Это будет новая рубрика?
— Да, — с глубоким кивком головы твердо ответил редактор.
— Хорошо, — нараспев согласился посетитель. — А можно, я приведу к вам приятеля? Он еще не литератор, но очень интересный человек.
— Нет уж, нет и нет! — взмолился редактор. — Мы уж с вами как-нибудь вдвоем опубликуемся.
— Вы меня не поняли, — искренне удивился посетитель. — Он просто интересный человек. Оригинальный парень, мой товарищ. Шутник. Я думаю, вам, как редактору, надо знать нас — современную молодежь. Вы же молодежное издательство. И дядя говорит, что мне надо дружить с такими людьми. Это известная семья, — и он назвал фамилию генерала.
Редактор остолбенел и несколько секунд лихорадочно соображал: «Это тот генерал, про которого мне говорила Юста!»
— А как зовут вашего друга? — уже почти дружелюбно спросил он.
— Ньюка. Ньюка… — и посетитель повторил известную в городе фамилию.
— А чем занимается ваш друг? — редактор еще не верил такой удаче.
— Пока еще ничем. У них недавно умер дед. Ньюка сейчас отдыхает где-то от стресса.
— Приводите, приводите Ньюку обязательно! Когда это может произойти? — плохо скрывая нетерпение, спросил редактор.
— Он возвращается на следующей неделе — так я сразу же его и приведу, — ответил посетитель.
«Нормальный врач, нормальный человек. Боится за свое место — естественная реакция. Ничего подозрительного», — подумала Юста, когда мужчина средних лет в белом халате, расположившись перед ней на черном диване, отвечал на ее вопросы по этому делу.
— Зачем вы скрывали от пациента степень тяжести его заболевания?
Врач не сразу ответил — он тщательно обдумывал свои слова:
— Я обязан отвечать на этот вопрос?
— Здесь и сейчас — нет, не обязаны, но мы можем переговорить официально. Я вызову вас как свидетеля, — ответила она.
— Да какой же я свидетель? — несколько волнуясь и стараясь возмутиться, спросил он. — Я врач. В тот злополучный день, да, я действительно дежурил. Но то, что произошло с пациентом, мне стало известно только по истечении получаса. Медсестра оповестила меня, когда было уже поздно.
— С медсестрой я обязательно побеседую. А сейчас мы общаемся с вами, и вам решать, как мы продолжим беседу, — ответила она.
Он убрал руки с колен, положил ногу на ногу, проскрябал небольшую щетинистую бородку и, возможно, приготовился защищаться. Юста много раз наблюдала такие закрытые позы и, не дожидаясь его дальнейших действий, прямо спросила:
— Вы боитесь раскрыть некоторую семейную тайну? Не бойтесь: мы беседуем без свидетелей и без записей. Я могу заверить вас, что своими действиями не причиню вам вольно или невольно какой-нибудь ущерб.
— Вы полагаете, я должен поверить вам на слово?
Она искренне улыбнулась и ответила:
— Вы думаете, что я очень коварная дамочка и мне нельзя верить?
Он немножко расслабился, хотя редкое покачивание ботинком выдавало некое движение мыслей и внутреннее напряжение.
— Не знаю, не знаю, — он включился в игру. — На вид вы внушаете доверие, но только на вид.
— Так вы опасаетесь меня? — спросила она снова. — Даже тогда, когда на первый взгляд вам ничто не угрожает?
Она почувствовала, что он пытается понять, какую линию поведения ему выбрать: замкнуться бирюком или подыграть ей, не зная, чем это может закончиться. Она уловила его растерянность и снова улыбнулась, давая понять, что догадывается о том, что он сейчас испытывает.
В дверь постучали. Они оба ответили: «Войдите». Это синхронное «войдите» сняло его напряжение, и она заметила это. В дверях появилась девушка в белом халате:
— Доктор, вас просят зайти к главному.
Он быстро ответил:
— Через пять минут буду, — и, посмотрев прямо Юсте в глаза, добавил: — Об этом просил его сын.
Она дважды кивнула головой, показывая, что это ее не удивило и что об этом она догадывалась с самого начала.
— Я могу идти? — спросил он.
— Да, конечно. Спасибо вам, — ответила она.