– Надо спать больше, – заметил Дежарден. – Тогда не нужно будет столько препаратов.
Элис подняла бровь:
– И это я слышу от человека, у которого полкровотока зарегистрировано в патентном бюро.
Сама Джовелланос еще не подсела на уколы. В ее нынешней должности те не требовались, но она слишком хорошо справлялась с работой, чтобы долго оставаться на прежнем месте. Дежарден с нетерпением ждал того дня, когда праведные речи о Неприкосновенности Свободы Воли напрямую столкнутся с юридическими требованиями для продвижения по службе. Скорее всего, при первом же взгляде на список бонусов и новую зарплату все убеждения Элис пойдут прахом.
В его случае, по крайней мере, все так и произошло.
Ахилл развернул стул к консоли и вывел на экран корреляционную матрицу:
– Взгляни. Хлоры идут вниз, а температура почвы растет.
– Высокое р‑значение, – сказала Элис.
– Малый размер выборки. Не в этом дело: посмотри на временную задержку.
Она наклонилась вперед:
– Слишком широкие границы доверительного интервала.
– Задержка не последовательна. Иногда температура поднимается за пару дней, а иногда – за пару недель.
– Это даже на закономерность не походит, Кайфолом. Любой...
– Попробуй угадать масштаб поражений, – перебил он.
– Там ведь сокращается растительный покров, так? – Джовелланос пожала плечами. – Если предположить, что это все‑таки реальный процесс, тогда, скажем, полстепени? Четверть?
Дежарден показал ей:
– Твою мать. Эта зараза становится причиной пожаров?
– Их что‑то вызывает, так или иначе. Я просмотрел муниципальные архивы в прибрежной зоне: все местные возгорания списывали или на террористические акты, или на «промышленные аварии». А парочка древесных ферм сдохла из‑за какого‑то сельскохозяйственного вредителя – листовертки или типа того.
Джовелланос подвинула Ахилла локтем, бегая пальцами по консоли:
– А что насчет других пожаров в зоне...
– Да их там куча. Даже если не выходить из области поиска, я нашел то ли восемь, то ли девять, которые выпадали из корреляции. А связано с Б, но не наоборот.
– Тогда это может быть случайностью, – с надеждой сказала Элис. – Может, пожары вообще ни о чем не говорят.
– А может, кто‑то выслеживает нашего паразита лучше, чем мы.
Джовелланос на секунду замешкалась с ответом, а потом произнесла:
– Тогда мы тоже сможем немного улучшить систему поиска.
Дежарден поднял голову, взглянув на нее:
– Да ну?
– Я исследовала образец, который нам дали. Нам явно не старались облегчить задачу и, насколько могу судить, не оставили ни единой нетронутой органеллы...
Он махнул рукой:
– Для масс‑спектрографа они все на одно лицо.
– Только если корпы не избавились от останков, когда превратили там все в пюре.
– Разумеется, оставили. Иначе ты бы никогда не получила точную сигнатуру.
– Ну а я вот не могу найти половину из того, чему там положено быть. В этой культуре даже фосфолипидов нет. Куча нуклеотидов, но они не подходят к матрице ДНК. Значит, твой паразит, скорее всего, базируется на РНК.
– Угу.
Пока без сюрпризов: множество вирусов прекрасно обходилось без ДНК.
– Я также сумела реконструировать несколько простых энзимов, но они все задеревенелые и вообще толком не работают, понимаешь? А, и вот еще что странно: я нашла парочку D‑аминокислот.
– О, – понимающе кивнул Дежарден. – И что это значит?
– Правовращающие аминокислоты. Асимметричные атомы углерода торчат не с той стороны молекулы. Вроде самой обычной левовращающей кислоты, только перевернутой.
Зеркальное отражение.
– И?
– И поэтому они бесполезны; все метаболические пути заточены под L‑аминокислоты, и только под них, по крайней мере, последние три миллиарда лет. Существует парочка бактерий, которые используют R‑аминокислоты, потому что те бесполезны, – они их вставляют в собственные клеточные стенки, и те в результате практически не перевариваются, – но у нас тут другой случай.
Дежарден уселся поудобнее:
– Значит, нашу штуку создали практически с нуля, ты это имеешь в виду? У нас на руках еще один новый микроб.
Джовелланос с отвращением покачала головой:
– И эта дамочка из корпов тебе ничего не сказала.
– Может, она не знает.
Элис указала на окно с данными геоинформационной системы, выведенное поверх остальной информации. Больше двадцати алых точек сверкали вдоль берега от Гонкувера до Ньюпорта. Две дюжины крохотных аномалий в почвенной и водной химии. Неизвестный микроб более двадцати раз являлся на Землю и неизменно становился предвестником миниатюрного огненного апокалипсиса.