К тому времени как Кларк, запустив колокол, возвращается обратно, места почти не осталось. На входе в шлюз к ней на хвост садятся Чен с Крамером. На приемной палубе Абра Чун опережает ее и первой поднимается по лестнице. Кларк, взбираясь следом, слышит, как снова запускается шлюз – а пока ее не было, уже собралась кучка народу, человек восемь или девять.
Всем заправляет Грейс Нолан, обосновавшись за панелью связи. Сонары показывают, что на подходе еще дюжина людей. Кларк от нечего делать прикидывает, выдержат ли фильтры пузыря такую нагрузку. Может, и не будет никакого «заявления». Может, Седжер просто хочет, чтобы они надышались собственной углекислотой?
– Привет. – Рядом появляется Кевин Уолш, с надеждой зависнув на периметре ее личного пространства. Он, кажется, опять стал самим собой. Стоящий впереди Гомес оборачивается и замечает Кларк:
– О, Лен? У корпов новости, как я слышал.
Кларк кивает.
– Ты водишь компанию с этими засранцами. В курсе, о чем речь?
Она качает головой.
– Новости от Седжер. Наверное, что‑то медицинское.
– Да, пожалуй. – Гомес негромко втягивает воздух сквозь покрытые пятнами зубы. – Джулию никто не видел? Ей бы следовало это послушать.
Чун поджимает губы:
– После того, как она полторы недели провела с Джином? Если так хочется, вот сам и дыши с ней одним воздухом.
– Я недавно видел ее у одной из «поленниц», – влезает Хопкинсон.
– Как она?
– Ты же знаешь Джулию. Черная дыра с сиськами.
– Я имела в виду – внешне. Не выглядит больной?
– Откуда мне знать? Думаешь, она там была в трусиках и лифчике? – пожимает плечами Хопкинсон. – Да мы и не разговаривали.
Сквозь переборки и гул разговоров смутно прорываются крики терзаемого камня.
– Ну все, – говорит за панелью Нолан, – хватит балду пинать. Прицелился – стреляй. – Она касается иконки на панели. – Ты на связи, Седжер. Давай, дерзай.
– Все здесь? – звучит голос Седжер.
– Конечно, нет. Мы бы не уместились.
– Я бы предпочла...
– Тебя вывели на все каналы низкочастотника. В пределах пятисот метров тебя услышит каждый.
– Так... – Пауза, молчание человека, соображающего, как лучше пройти через минное поле. – Как вам известно, «Атлантида» уже несколько дней на карантине. С тех пор, как мы узнали о Бетагемоте. Все мы модифицированы, так что не было причин ожидать серьезных проблем. Карантин был банальной мерой предосторожности.
– Был... – отмечает Нолан. Внизу снова запускается шлюз.
Седжер рассказывает дальше:
– Мы провели анализ... образцов, которые доставили с Невозможного озера Кен и Лени, и все указывает на Бетагемот. Те же особенности РНК, та же стереоизоме‑ ризация...
– Давай к сути, – рявкает Нолан.
– Грейс? – окликает Кларк. Нолан оглядывается на нее.
– Заткнись и дай ей договорить, – просит Кларк. Нолан, фыркнув, отворачивается.
– В общем, так, – помолчав, продолжает Седжер. – Результаты были вполне однозначные, поэтому мы из предосторожности кремировали зараженные останки. Разумеется, после оцифровки.
– Оцифровки? – переспрашивает Чен.
– Разрушающее сканирование с высоким разрешением, позволяющее воссоздать копию образца вплоть до молекулярного уровня, – поясняет Седжер. – Смоделированные ткани дают те же реакции, что и реальные образцы, но без сопутствующего риска.
В поле зрения втискивается Чарли Гарсиа. С каждым новоприбывшим перегородки словно смыкаются чуть тесней. Кларк сглатывает. Воздух вокруг нее уплотняется.
Седжер кашляет.
– Я работала с одной из таких моделей и... ну, я обратила внимание на некую аномалию. Я думаю, что рыба, доставленная вами с Невозможного, была инфицирована Бетагемотом.
По всей комнате встречаются взгляды пустых глаз. Вдалеке колокол Лабина испускает последний слабый вопль и замолкает – газовый резервуар опустел.
– Ну естественно, – вступает после паузы Нолан. – Так что?..
– Я... гм... говорю «инфицирована» в смысле патологии, а не симбиоза. – Седжер снова откашливается. – Я хотела сказать...
– Рыба была больна, – подсказывает Кларк. – Больна Бетагемотом.
Минута мертвого молчания. Затем:
– Боюсь, что ты права. Если б ее не убил Кен, то прикончил бы Бетагемот.
– Ох ты, блин, – тихо вырывается у кого‑то. Словечко повисает в полной тишине. Внизу булькает шлюз.