Традиционно считалось, что к описанию вед. soma / ав. haoma больше всего подходит разновидность эфедры — мелкого кустарника с толстыми побегами, который и сейчас применяется в ритуале зороастрийцев-парсов в Бомбее 14. Хотя, с другой стороны, известно было, что очень рано, уже в поздневедийскую эпоху, в ритуале стал использоваться заменитель сомы. В общем, вопрос оставался открытым.
Революция во взглядах на сому наступила, когда в 1968 г. Р. Г. Уоссон опубликовал свою книгу «Сома — божественный гриб бессмертия»1б. Основатель новой области в науке — этномикологии, посвященной изучению роли грибов в различных культурных традициях, Уоссон на основании ведийских материалов, подготовленных для него известным индологом В. Донигер-О'Флаэрти, пришел к выводу, что сома в РВ был галлюциногенным напитком, приготовляемым из гриба-мухомора (Amanita muscaria).
К грибу подходит отсутствие корней, листьев и семян, атди трактуется как ножка гриба, а не ствол или побег кустарника. Грибы растут в Индии только высоко в горах на той широте, где хвойные деревья и березы, и это, как считает Уоссон, отражено в мифологии сомы, принесенного с горы. Наконец, культ галлюциногенного гриба-мухомора, который сначала сушат, а потом размачивают, широко распространен в шаманских культурах Евразии, и тем самым индийские арии включаются в этот большой культурный ареал. В своих последующих работах Уоссон показал, что культ галлюциногенных грибковых растений существовал и у других древних индоевропейских народов, как например, у греков в Элевсинских таинствах, где готовился напиток из спорыньи 16, священный галлюциногенный гриб лежит в основе культа мексиканских индейцев, также описанного Уоссоном 17. Эти общие культурно-исторические и типологические параллели безусловно очень важны и делают гипотезу Уоссона относительно сомы в РВ весьма вероятной, однако доказать на основании крайне неясных контекстов РВ, в которых приготовление сомы описывается метафорическим языком с помощью условных литературных символов, что сома в РВ был соком мухомора, вряд ли возможно.
Разгорелась ожесточенная полемика, охватившая ученых разных специальностей, вызванная публикацией книги Уоссона и последующих его работ. Гипотеза Уоссона получила поддержку у такого широкого специалиста в области социальной антропологии, как К. Леви-Стросс 18, а также в среде американских индологов 1Ь. Все ведущие европейские ведологи и индологи приняли ее скептически 20. На сегодня вопрос остается открытым, но можно надеяться, что с помощью этномикологического подхода поиски решения этой проблемы могут увенчаться успехом. Гипотеза Уоссона вызвала к жизни ряд исследований о роли грибов в разных культурах 21, в том числе на территории современной Индии 22.
Фауна РВ весьма разнообразна, в гимнах встречаются названия многочисленных животных, птиц, рептилий, насекомых. Различаются домашние животные, используемые человеком в хозяйстве или служащие для жертвоприношений, и дикие звери. Интересно, что человек не выделяется особо из мира животных: двуногие (dvipad) обычно называются рядом с четвероногими (catu$pad). Существенное различие проходит между подвижным миром живых существ (jagat) и неподвижным (букв, «стоящим») миром неживых вещей (stha, sthatar, tasihivams).
Главным для ария РВ домашним животным была корова — источник его материального благополучия, богатства и удовлетворения. Она давала ему продукты питания. Быков и яловых коров приносили в жертву богам. За стадами коров совершались разбойничьи набеги на соседей. Коровами награждали жрецов, и вообще они служили меновой стоимостью. Волы использовались как тягловая сила — их запрягали в повозки — а вся жизнь ария протекала на колесах. Корова в РВ называется приблизительно пятнадцатью синонимами, бык — более чем десятью23. Образы коровы и быка пронизывают все поэтическое творчество ведийских риши, служа основой для построения системы символов (корова — и грозовая туча, и утренняя заря, и поэтическая речь и т. д.; бык — символ мужской силы, обозначение Индры, смертных героев, могучих животных и т. п.).