Относительная хронология брахман во многом остается неясной. Древнейшими являются брахманы Черной ЯВ. Самой поздней признают брахману АВ, досочиненную из престижных соображений для канонизации этой веды 32. Самая значительная по содержанию Шат.-Бр. принадлежит тоже к числу поздних. Поскольку брахманы влияли одна на другую и заимствовали друг из друга, установление их точной хронологии весьма затруднительно.
В брахманах РВ, из которых более значительна Айт-Бр., в связи с функциями жреца-хотара толкуются прежде всего ритуалы жертвоприношения сомы, а также обряды жертвоприношения животных, помазания царя, времен года и некоторые другие.
Традиционно содержание брахман делится на две части: сначала даются правила совершения ритуалов (vidhi), затем их толкования (artha-vdda).
Для содержания и стиля.брахман, как отмечает Я. Гонда 33, в целом характерно широкое использование рядов отождествлений элементов ритуала и феноменального мира, в результате чего одно понятие постоянно выступает как форма (тира) другого. Обыгрывание различных классификаций, в том числе нумерических, лежит в основе брахманической ортодоксальной науки. Нередко эти отождествления приобретают характер «магической эквивалентности», что сближает их с учением упанишад. Типичная формула брахман: «Кто так знает» (т. е. знает «закон» этой эквивалентности), приобретает всевозможные блага34. Широко применяется также псевдонаучное этимологизирование для объяснения определенных понятий. Брахманы представляют наибольший интерес как памятники, отражающие в описании ритуалов некоторые очень архаичные модели, как самостоятельный этап древнеиндийской религиозной и философской мысли и, наконец, как очень важный источник для воссоздания исторических реалий.
С точки зрения художественной литературы, брахманы ценны теми мифами и легендами, которые в них излагаются (особенно в Шат. и Джайм. Брахманах), как, например, о Пуруравасе и Урваши (ср. пьесу Калидасы «Викраморваши»); о Бхарате — сыне царя Душьянты и нимфе Шакун-тале (ср. «Шакунталу» Калидасы); о Ману и всемирном потопе, от которого его спасла рыба; о Шунахшепе, которого отец хотел принести в жертву 35 и многие другие. Для интерпретации РВ эти брахманпческие легенды часто оказываются ценнейшим источником, потому что ряд этих мифов известен еще в РВ, но там они не излагаются, а только упоминаются, в то время как в брахманах они последовательно излагаются (ср. гимн-диалог Пурураваса и Урвашп X, 95 или дважды мелькающее в гимнах имя Шунахшепы, о котором говорится, что он закован пли привязан к жертвенному столбу, и что спас его Варуна или Агни, а как и почему все это произошло, становится известным из Айт. Бр. 7, 13—18. Правда, все эти мифы в брахманах получают исключительно ритуальное истолкование, наконец, могут встречаться разные варианты сюжета в РВ и в брахманах, но тем не менее без брахман текст РВ остается непонятным.
Заключительной частью брахман, примыкающих к той пли иной сам-хите, являются араньяки {агатгуака букв, «лесной [текст]») — эзотерические тексты, предназначенные для изучения в одиночестве отшельниками в лесу. Они содержат символические и метафизические пояснения к ритуалу, весьма близкие по духу к упанишадам. Араньяки представляют собой переходную ступень между брахманами и упанишадами.
Подобно тому, как брахманы заключаются араньяками, те в свою очередь завершаются упанишадами. Упанишады (upanhad букв, «усаживание рядом», т. е. у ног учителя) представляют собой сокровенное учение, которое учитель втайне передает одному посвященному ученику.
Согласно поздней индийской традиции, каждый из классов ведийских текстов соотносится с одной из четырех стадий жизни (dqrama) ортодоксального индуса (прежде всего брахмана): веды — со стадией ученика-брахмачарина {brahmacdrin), изучающего их; брахманы — со стадией домохозяина {grhastha), руководствующегося ими при совершении обрядов; араньяки — со стадией лесного отшельника (udnaprastha) и упанишады — со стадией нищего аскета, отказавшегося от всех мирских благ (samnydsin). Слово самхита в расширенном понимании включает в себя не только веду, но и принадлежащие ей брахманы, араньяки, упанишады. В результате вся огромная ведийская литература может быть представлена как четыре таких самхиты.