Семантическая характеристика божества складывается из инвариантов таких просьб. В гимнах РВ они представлены в виде разнообразных вариантов, которые могут определяться «физическим обликом» данного божества или быть обусловлены контекстом гимна. Например, инвариант «Дай богатство!», выраженный для Ушас как «Воссвети богатство!», для Индры может быть выражен в виде «Прогреми богатство!», поскольку Индра — бог грозы.
Следует отметить, что если адресат стоит не в единственном числе, обозначая при этом неоднородные единицы, то его семантическая характеристика обычно бывает не равна сумме просьб, образующих характеристику каждого божества в отдельности.
Так, обращаясь к Индре и Агни, риши просит их прийти и пить сому, в то время как это просьбы, характерные только для Индры (Агни не надо приходить, он и так среди людей). В гимнах Митре-Варуне просьбы к Варуне как к карающему божеству блекнут. Таким образом, эти гимны представляют собой своего рода «слабую позицию» для выяснения дифференциальных просьб, свойственных каждому отдельному божеству. Иное дело гимны, в которых божества составляют семантическое единство, как например, 'Ашвины или Маруты.
Вторая, экспликативная часть модели включает в себя следующие уровни: 1) уровень действий, совершаемых данным мифологическим персонажем; 2) уровень атрибутов, или соотносимых с ним признаков; 3) уровень эпитетов; 4) уровень связей с другими мифологическими персонажами. Все эти уровни связаны между собой, как и с апеллятивной частью модели отношением трансформации. Например, для семантического пространства Ушас возможны трансформации 5: эпитет «сверкающая» 6 +> атрибут «сверкание», «блеск» «^ действия «зажигается и сверкает» ++ связи с Сурьей (богом солнца, которого она приводит за собой), с Ночью (ее сестрой, которую она прогоняет) <^ просьба «засверкай для нас» и др. В семантическое пространство Варуны входит, например, следующая трансформация: эпитет: «имеющий множество петель» *-> атрибут «петли» <-> действие «затягивает петлю» ^ просьбы «расслабь петлю» или «избавь от петель» и др.
Преимущество трансформационного подхода заключается в том, что эпитеты, атрибуты и связи можно рассматривать как «свернутые» действия, что отражает в высшей степени суггестивный характер хвалебных гимнов РВ. Все эти элементы упорядочены в тексте гимнов с помощью синтаксиса в тех пли иных мифологических ситуациях. В гимнах происходит постоянное переключение кодов: экспликативная часть всегда предполагает апеллятивную. Иными словами, если риши называет Индру убийцей Вритры, упоминает его дубину грома — ваджру, рассказывает, что он убил Вритру, или вспоминает в связи с Индрой Сому, Вишну или Агни, которые ему помогли в деле убийства Вритры, то за этим кроется только одно: убей Вритру и сейчас, для нас; воссоздай вселенную сейчас снова, чтобы мы жили (=чтобы нам увидеть солнце)! Экспликативная часть гимпа обычно предшествует апеллятивной, но она может также и следовать за ней пли перемежаться с ней. Этот порядок не является строго фиксированным.
Такова полная модель «среднего гимна», посвященного восхвалению божества. Она описывает значительную часть содержания РВ. Встречаются также ее редуцированные варианты. Редуцирована может быть апел-лятивная часть, и гимн в таком случае состоит только из мифологического описания, подразумевающего, но не выражающего эксплицитно соответствующие просьбы к богам. Таких гимнов сравнительно немного, и они встречаются в основном в манд ал е X. Апеллятивная часть может носить формальный характер, когда один рефрен, характерный для определенной семьи риши, завершает целую группу гимнов.
Другой редуцированный вариант представлен в том случае, когда отсутствует апеллятивная часть и при этом адресант совпадает с адресатом, т. е. божество восхваляет само себя (atmastuti «самовосхваление», по ану-крамани), и в этой ситуации просьбы, естественно, оказываются излишними. Повествование ведется в 1-м лице единственного числа, типа: «Я убил Вритру», «Я перегнал на скачках Сурью», «Я дал певцу высший дар» п т. п. (-Х, 49 — самовосхваление Индры). Гимнов-самовосхвалений в РВ немного (они заключены в мандале X), встречаются также отдельные стихи-самовосхваления. Один раз форма самовосхваления используется, когда оно относится не к божеству, а к женщине, подчинившей своего мужа (X, 159).