Берзин строил разведку на принципе добровольности, особенно если речь шла о выполнении таких замыслов, как этот. Если бы он уловил хотя бы тень сомнения на лице Зорге, то немедленно отстранил бы его от этого дела. Но он с самого начала не сомневался в Рихарде.
Они взглянули друг на друга и рассмеялись.
«Вот и прекрасно! – сказал Ян Карлович. – Что касается остального, то действуй сообразно обстоятельствам. А вот «дела» и фотографии твоих помощников…»
Мельчайшие детали операции были строго продуманы. Железная мысль Берзина уверенно вела Рихарда по опасным тропам разведчика.
О намерениях «третьего рейха» можно узнавать через германское посольство в Японии. Следовательно, необходимо утвердиться в посольстве. Путь в Токио лежит через Германию.
Рихард отправился в Германию.
Он шел на большой риск, но риск оправданный. Нацистам, занятым интригами и дележом власти, некогда было выяснять личность какого-то газетчика Зорге. «Третий рейх» еще только рождался из кровавого хаоса.
А креме того, Рихарда путали с довольно известным немецким журналистом Вольфгангом Зорге, который тоже бывал в Китае. И главное, в одно время с Рихардом.
С тех пор как Рихард последний раз был в Берлине, прошло почти четыре года. Мать и сестры обрадовались возвращению Ики. Старший брат испугался. Он-то догадывался, откуда приехал Ика. Испугался главным образом за себя: успел разбогатеть, а тут такой сюрприз… Рихард успокоил: приехал ненадолго, мечтаю уехать куда-нибудь подальше, в Америку или Японию. Но старший брат должен помочь, ввести в деловые круги, познакомить с влиятельными людьми. Ведь он, Рихард, давно отказался от всякой революционной деятельности, стал журналистом, побродил по Востоку, снова надумал вернуться туда…
Упрашивать брата долго не пришлось: он с рвением принялся за работу – только бы спровадить побыстрее куда-нибудь, хоть на край света…
Так Рихард вошел в деловые круги, заручился рекомендациями. 3 июля он уже мог сообщить Берзину:
«Интерес к моей личности становится чересчур интенсивным».
Он жил, держался на нервах. Но успех ему сопутствовал. В журналистских кругах его сразу признали. Он не жалел денег на кутежи, цитировал наизусть тупые афоризмы из «Майн кампф» и прослыл ярым приверженцем нацистов.
На крайний случай можно было разыскать старых подпольщиков и через них устроиться в какую-нибудь влиятельную газету, от которой можно получить заграничную командировку. Но в Германии многое изменилось за десять лет. Этот путь Зорге сразу же отверг. Лучше действовать напрямик.
Теперь Зорге в Токио… «Старик» будет доволен. Операция «Рамзай» началась.
…Но кто же все-таки рылся в его вещах? Это могли быть агенты токко кэйсацу – особой полиции министерства внутренних дел – или же агенты кемпетай – тайной полицейской организации с широкими полномочиями по охране японского образа жизни от влияния Запада. Японская гражданская полиция, жандармерия или же специальная тайная полиция – гадать было бессмысленно. За каждым иностранцем здесь установлен тщательный надзор с первого же часа его пребывания на японской земле. Зорге припомнил, с каким подозрением оглядывали его таможенные чиновники в Иокогамском порту.
Он редко улыбался, оставшись один на один со своими тревожными мыслями, но сейчас криво усмехнулся: работа японской полиции, обыск «на всякий случай»! Что ж, хорошее предупреждение, мина-сан (господа)! В будущем придется перебраться в отдельный особняк.
Как всякий сильный человек, Рихард Зорге не боялся за свою жизнь – она была подчинена высокой цели. Он страшился за дело. Он опасался, что тщательно продуманная и разработанная операция «Рамзай», на которую Берзин возлагал так много надежд, может провалиться из-за какого-нибудь упущения, недосмотра, досадной мелочи.
Потребовался месяц, чтобы Рихард успел не только ознакомиться с городом, изрезанным бесчисленными каналами и речками, но и нанести визиты представителям служб информации, иностранным пресс-атташе, побывать на всех пресс-конференциях и приемах, вступить в члены Токийской ассоциации иностранных корреспондентов.
Он начал знакомства с пресс-атташе – руководителя Германского информационного агентства Вайзе. Это был типичный «коричневый таракан», приверженец фюрера. Видно, у Вайзе уже был разговор о Зорге с послом, так как пресс-атташе встретил нового корреспондента довольно приветливо. Вайзе с нескрываемым любопытством расспрашивал о нацистском пресс-клубе в Берлине, о знакомых журналистах, о здоровье Функа. Рихард вел себя очень скромно, не набивал себе цену, хвалил продукцию борзописцев ДНБ и самого Вайзе, поддакивал, прямо сказал, что ему будет трудно в незнакомой стране без помощи такого опытного журналиста, как Вайзе. Пресс- атташе легко клюнул на лесть, обещал помогать на первых порах. Потом они по случаю знакомства обедали в ресторане «Фледермаус».