Я открываю глаза яркому, почти ослепляющему свету. Чувствую, словно упал на пустую страницу, и прямо посередине мой сын, держит потрепанного кролика, мистера Тимса.
— Джей, — порыв подхватить его обжигает мышцы на моих руках, но мое тело тяжелое, прикованное гравитацией, а он остается вне моей досягаемости. Я стою ровно, протягиваю руки и улыбаюсь.
— Подойди сюда, Джей. Иди ко мне.
Его глаза изучают меня издалека. Сомнительно. Осторожно.
— Ты сделал что-то плохое, папочка? Тому мужчине?
Я наклоняю голову к Маркизу и игле, торчащей из его горла. Только мой сын мог воспламенить во мне стыд, который я внезапно чувствую.
— Он обидел тебя и мамочку, Джей. Мне пришлось сделать ему больно, чтобы он больше никого не мог обидеть. — Я нахмурился, когда до меня дошло, что во всем этом я упустил одну маленькую деталь. — Откуда ты знаешь, что я сделал ему больно?
Джей вскидывает голову и искоса смотрит на меня, играясь петелькой на мистере Тимсе.
— Алек сказал мне.
— Алек? — Злость закручивается у меня в животе, полностью затеняя больший вопрос — как он может обсуждать что-то с Алеком?
— Мне нужно идти, папочка.
— Джей! Подожди! — Я тянусь к нему, но он слишком далеко, чтобы достать. — Куда? Куда ты идешь? Позволь мне пойти с тобой. Пожалуйста. — Слезы стоят в моих глазах. — Покажи мне, где мне найти тебя и мамочку.
Улыбка растягивается на его губах.
— Это обман. Тебе нужно проснуться. — Его голос утопает в гулком смехе мужчины. Он искривляет губы и бьет меня по лодыжке. — Проснись.
Мои веки распахиваются, и я с тяжестью моргаю, пока яркий солнечный свет проникает через занавески и практически сжигает мои глазные яблоки. Неясная фигура опирается о дверь, скрестив руки, и запах дыма практически касается моего языка, когда он выпускает клуб дыма изо рта. Я опускаю взгляд на окружающий меня пол, где вероятно, провел прошедшую ночь, даже не сняв ботинки.
— Сраный виски. — Капли пота покрывают мою кожу, когда я потираю лицо рукой. — Всегда делает это со мной.
— Веселая ночка? — отрезвляющее разочарование приходит со словами Алека.
Я почесал затылок.
— Твоя девушка в соседней комнате. Ты хоть поздоровался?
— Заглядывал. Спит как младенец, — он выдул еще один клуб дыма. — Забыл поздравить тебя с твоей первой жертвой прошлой ночью. Хороший финал.
— Подумал, тебе понравится, — я поднялся на край кровати и схватил бутылку с ночного столика, приканчивая остаток виски прежде, чем взглянуть на Алека. — Собачья шерсть…
— Кстати говоря, может, можешь научить свою шавку не тереться о мой костюм Армани за две штуки чертовых долларов?
— Добрый жест от хороших людей в «ДигиКонИнтернешенел»?
Около шести месяцев назад Алек взломал «ДигиКоИн» — мирового лидера и сайт по электронному обмену валюты, украл одиннадцать миллионов долларов, которые небрежно хранились в онлайн кошельке, и перевел наличку на счета оффшорных банков. Полностью не отслеживаемо. Было известно, что в сети сайт-обменник был связан с некоторыми тошнотворными сайтами детской порнографии. Взломав «ДигиКоИн», Алеку удалось прикрыть полдесятка подшефных сайтов, сферой деятельности которых была продажа детей.
— Думаю, ты согласишься, что эти деньги потрачены с умом, мой друг, — сказал он.
— Я ожидал, что ты поддержишь какую-нибудь страну третьего мира и развеешь мифы, которые я успел придумать, например, что ты такой эгоистичный подонок.
— Зачем отрицать правду? — Зажав сигару зубами, он улыбнулся на это. — Подумал, что найду тебя с ней в постели. Что может означать лишь то, что ты снова ловил проституток прошлой ночью
— Заглохни. Я никогда не соглашался придерживаться целибата.
— Убийство проституток в публичных местах — не самый лучший способ удержать власть в правильном русле.
— Я не убил ни одной, — ответил я, тыча в него пальцем. Это было правдой. Я никогда не убивал девушек, хотя я не мог сказать, что случалось в моменты наступления тьмы.
— И все равно, — он вскинул голову. — Так что, ты невинно трахал женщину, и вы двое разошлись, довольные и счастливые жизнью?
Я потер череп руками.
— Я не причинил ей боли.
— Я видел тебя, Ник. Отключки. Отрывки памяти, на которые ты не можешь положиться. Жестокость в твоих глазах. Ты в полушаге от потери контроля. — Он размял плечи. — Пара поглаживаний по твоему члену стоят просирания целого гребаного плана еще до того, как мы начали?