Я поворочала запястьем, сжимая и разжимая пальцы, сжимая и разжимая снова и снова. Словно училась контролировать свое тело. Если бы в фильмах походку ходячих мертвецов изображали правильно, они должны были бы меньше заботиться о том, чтобы рыскать в поисках мозгов, и больше сфокусировались на том, чтобы избавиться от покалывания в той ноге, которую они постоянно влачили за собой, и которая замедляла их ходьбу. К тому времени, как парень отковал вторую, рука пульсировала в такт биению сердца, и теперь я сражалась с иголками в обеих руках, чувствуя себя зеленым монстром из Yo Gabba Gabba (прим пер. — детский анимационный мультфильм про монстров, где у зеленого из них были самые толстые пальцы).
— Может быть, в следующий раз ты продумаешь более правильное похищение и установишь вытяжные цепи в стене вместо того, чтобы устанавливать их на кроватном столбе. — На мой комментарий он ответил недовольным взглядом. — Просто предположение. — Чувствуя тянущую плотность в конечностях, я еще раз размяла руки и приподнялась с той стороны кровати, которая была подальше от него.
Мужчина был огромным, возможно, метр девяносто три или метр девяносто пять, и, если эти бугры и мышцы под его майкой о чем-то говорили, он также был очень накачанным. Боец, как я могла предположить. Я получу свой шанс на побег, лишь перехитрив его.
— Я не знаю, что ты планируешь, леди. Но если думаешь, что сможешь проскочить мимо меня, ты в двух секундах от того, чтобы столкнуться с реальностью. — У него был акцент детройца. Тяжело было разобрать его вчера ночью, но, как пить дать, я слышала в его речи резкость звонких согласных и глотание в словах. Ему, по всей видимости, нужны были деньги, что означало, что они могли быть фактором переговоров.
Словно парень мог читать мои мысли, он схватил мою сумочку со стола, вытряс ее содержимое на кровать и взял флешку, которую я украла из офиса Майкла. Скорее всего, ему заплатили, чтобы получить ее обратно.
— Я возьму это. — Он сунул ее в карман и скрестил руки, словно головорез на детской площадке после того, как вытряс с кого-то деньги.
Отлично, Обри. Возможно, можно было использовать эту флешку в качестве торга. Заметка на будущее: прятать важные вещи в лифчик, а не в сумочку. Я даже не знала, что на ней, но зная Майкла и его офис, безопасность которого могла посоперничать с Пентагоном, любой объект, содержащий информацию, был важен.
Незнакомец поднял руку, подзывая меня к себе, но я была полностью уверена, что этот жест означает абсолютно другое. Мой взгляд метался между ним и дверью.
— Я… разве это не гардеробная?
— Была.
Мое сердце ухнуло вниз от понимания, и неохотными шагами я приблизилась к двери в комнату, которую посчитала гардеробной. Какая спальня, черт возьми, не имела гардеробной?
Я открыла дверь и обнаружила уборную из области «сделай сам», с фанерным полом и раковиной, встроенной в тумбу. Никакого зеркала. Вешалка в дальнем углу маленькой комнатушки стояла пустая и бесполезная. Никакого окна. Никакой вентиляции. И не единого шанса на побег. Я была уверена, что единственное место для облегчения будет моим единственным выходом из этой тюрьмы-комнаты, с входной дверью перед глазами и со свободой за плечами.
— Выглядишь разочарованной, — близкое звучание его голоса напрягло во мне каждую мышцу.
— Ты планируешь составить мне компанию в ванной, или что-то в этом роде?
— Делай свое дело. И поторопись.
Я ступила внутрь, закрыв за собой дверь, и, наверное, впервые с тех пор, как оказалась здесь, реальность происходящего начала просачиваться в мой крепко сотканный кокон отрицания. Это была не шутка. Я вполне могла умереть в заколоченной крысиной дыре с психом-поклонником Боба Вилы (прим пер. — Боб Вила — ведущий американского шоу по улучшению своего дома своими руками), и его загадочными черными перчатками, которые явно были надеты, чтобы скрыть отпечатки пальцев.
Борясь с порывом скрутиться в калачик и закричать, я ухватилась за край раковины и включила воду, отчаянно хлебая просто из-под холодного крана, жадно наполняя рот водой, которая едва ли не зашипела от сухости у меня во рту.
— Давай, Обри, — прошептала я. — Пора выработать план «Б». Ты выжила. Ты выдерживала и худшее, чем это. — Может быть. Кто, черт возьми, знал, что таила от меня остальная часть дома? Я подняла глаза вверх, пялясь на стену, где должно висеть зеркало, и была даже благодарна, что мне не придется смотреть на себя сейчас. — Ты хорошо научилась читать людей. — Я выдохнула, но безнадежность заскулила где-то на задворках моего разума. Я быстро отбила ее своим поразительным умением обманывать логическую сторону моего разума.