Звонок телефона Майкла донесся поверх его стонов и рычания. Он проигнорировал его, дергая бедрами выше и трахая мое горло.
Телефон снова зазвонил.
— Е*аный ублюдок! — Он поднял телефон к уху. — Чем могу вам помочь, шеф Кокс? — спустя минуту паузы его тело напряглось подо мной, стало твердым, как камень, пока он, прижимая телефон плечом к уху, опустил ноги на пол.
Гул голосов наполнил комнату, когда я села на задницу.
— Что я, мать твою, ищу? — раздражение кипело в его голосе, пока он щелкал по интернет-каналу «Смарт ТВ» и вводил адрес своей электронной почты.
Я едва замечала прохладу на бедрах от кожаного покрытия дивана, когда мой взгляд застыл на телевизоре на стене позади стола Майкла. Потому что была лишь одна вещь, при которой продажный сукин сын Кокс посмел бы отнять время Майкла, чтобы отчитаться.
Еще одно видео было слито.
Ахиллес Х.
В позвоночнике начало покалывать от воспоминания его имени.
Драматичная музыка, что-то наподобие вступления из фильма ужасов, ряды цифр, бегущие сверху вниз, создающие трехмерное изображение черепа, который начинает говорить. Чернота покрывала белую кость, поглощая цифры, превращаясь в лыжную маску с красными швами на месте рта. А затем экран погас.
Видео Ахиллеса Х каждый раз имели одинаковые вступления.
Он был известен, как хакер. Кибер-террорист, которому как-то удавалось обойти ФБР. Будучи не прямой целью каждого видео, Майкл не хотел, чтобы федералы нашли его первым. По крайней мере, не хотел, чтобы они постучали в его дверь. Но сколько же раз я фантазировала об этой мысли.
Ахиллес собрал огромное число последователей в сети среди антиправительственных групп. Каждый раз, когда происходила утечка видео, оно распространялось по сети, словно пламя, и Майклу приходилось тушить огонь прежде, чем он смог бы выйти из-под контроля.
На экране возникла комната, похожая на коробку, загорелись огни, и появилась черная маска, как во вступлении, рот которой бы зашит красной нитью. Как обычно, его голова была спрятана капюшоном толстовки, которая всегда была на нем. На месте глаз были лишь две черные дыры. Я уставилась на экран, ожидая какого-то движения, которое позволило бы увидеть маленькую долю того, какими глубокими могут быть эти глаза. Хотя Ахиллес был осторожным. Слишком осторожным.
Позади него в темноте светился постер со словами: «Никогда не следует молчать». Я уже знала, что последует дальше, когда адреналин ускорил пульс в моем горле.
Синтезированный компьютером голос произнес:
— Добрый вечер, жители Детройта. Я — Ахиллес Х, — он склонил голову, контролирую свое движение, и продолжил, двигая рукой в перчатке. — В октябре 2014 года в доме члена совета Леонарда Джеймса была устроена вечеринка. — На экране появилось изображение — группа парней собралась вокруг девушки, которая оказалась без сознания. — Имена, которые вы видите внизу экрана, принадлежат тем, кто принимал участие в похищении, изнасиловании и убийстве семнадцатилетней девушки. Одним из парней был сын Джеймса, Эли. Видео является доказательством того, как от населения Детройта этот секрет очень тщательно хотели скрыть.
До сих пор удерживая телефон возле уха, Майкл сидел рядом со мной. Рычание зарождалась в его груди, пока имена, включая и его собственное, всплывали на экране.
— Эта молодая девушка была похищена из своего дома во время «Отбора» в Дьявольскую ночь. Ее накачали наркотиками и изнасиловали, и она не очнулась после своего коматозного состояния. Вскрытие показало, что она умерла от наркотика, который ей ввели. Такое пренебрежение законами, которые были приняты для вашей защиты, жители Детройта, неприемлемо. Мэр Каллин, — он покачал головой и поцокал языком, водя пальцем вправо-влево в знак своего неодобрения, — уже однажды подвел вас. Пока вы смотрите это видео, личная информация, включая адреса, номера мобильных телефонов и социальной страховки всех перечисленных на видео парней, как и их родителей, и всех, кто принимал участие в сокрытии этого преступления, собирается. Эта информация будет распространена, если вы не придете и не сознаетесь в своем преступлении. У вас есть сорок восемь часов, чтобы признаться. Что касается мэра Майкла Каллина, я бы посоветовал вам смотреть в оба. Или буду более конкретным — присматривать за тем, что вам дороже всего в мире. Speramus meliorare surget cineribus (прим. пер. — девиз Детройта). Операция «Отбор»… запущена.
Музыка в жанре транс прервала нечеткий роботизированный голос, который призывал к действию.