Я осекаюсь и прикусываю себе язык. Конечно же, их нельзя перенести! Нет на земле такого объекта, который можно было бы возвести или разметить абсолютно где угодно, на любом произвольном участке. Дом не построишь на болотистой местности. Тропический сад не разобьешь поверх вечной мерзлоты. Аквапарк в пустыне долго не протянет.
С объектами специфического энергетического предназначения дела обстоят еще сложнее. Церковь, мечеть, капище или ашрам не получится воткнуть куда попало — их месторасположение задается комплексным сочетанием факторов, работать с которым умеют только люди, с рождения наделенные особой чувствительностью и поднаторевшие в этом искусстве за долгие годы работы.
— Ворота нельзя перенести, — озвучивает мои мысли Эмма. — Я практически уверена, что в их энергокоде задан диапазон или последовательность координат, в которых ворота сохраняют работоспособность. Если их с этих координат подвинуть, связь ворот с Той Стороной ослабевает или теряется полностью. Кроме того, надо учесть, что некая доля этих координат сейчас недоступна, так как они оказались на территориях, по-настоящему подвергшихся воздействию техногенных катастроф. До таких территорий либо нельзя добраться физически, либо ворота не могут там полноценно функционировать. Как следствие, за все локации с работающими координатами разгораются отчаянные драки.
— Проще говоря, Арчи и его родственнички проживали на территории важного перевалочного пункта контрабандистов, которые занимались поставкой опасных грузов с Той Стороны на Эту, — подводит итог Кикко. — Любой нормальный человек попытался бы как можно скорее из этого гадюшника сбежать — скорее всего, еще до наступления катастрофы, потому что не предчувствовать ее не смог бы только слепоглухонемой. А если не до — то незамедлительно после, со всех ног и не успев запаковать пожитки. Наш Арчи, однако, так не поступил. Он зачем-то остался жить под носом у очень подозрительных персонажей, рассказывать о которых он нам отказывается. Можно, конечно, списать это на то, что бедный мальчик весь до полусмерти перепугался и не мог понять, что же ему делать и куда податься… Только вот честно сказать, впечатления беспомощного безрассудного младенца он на меня не производит вообще никак.
— Мяу! Я не готов играть в мячик сразу после завтрака! Пойдем лучше на лежаках опять поваляемся! — Грабабайт прилежно вопит как можно громче, чтоб дать нам понять о приближении Арчи.
Совещание по поводу юного карнавалета приходится экстренно завершить.
Глава 17. Рикошет сна
Днем меня отвлекают мелкие бытовые дела, поэтому ознакомление с записью сольных похождений Арчи на Той Стороне я откладываю на вечер перед самым сном. Ридер, с которым я обращаюсь второй раз в жизни, запускается быстро и послушно. Увы, он записал содержание сна ровно так, как видел его сам карнавалет — то есть его глазами. Мне бы в идеале хотелось иметь возможность переключать ракурс и по мере смены обстановки оценивать смену внешнего вида Арчи: возраста, походки, жестов, выражения лица… Увы, ридер в этом плане уступает даже самым элементарным играм из сферы виртуальной реальности.
Я оказываюсь на улице под протектным куполом. Вон он, над головой — прозрачный и чистый, но все равно дающий картинку не совсем естественного неба. Наличие купола особенно заметно, если сфокусировать взгляд на облаках: они кажутся чересчур плотскими, изображенными в манере гиперреализма.
Я радостно вбегаю с небольшой опрятный дом с чистейшими белеными стенами, чьи балконы и подоконники утопают в цветах всех оттенков радуги. Судя по тому, как изображен бег, Арчи сейчас находится не на осознанной миссии на Той Стороне, а в пределах обычного сна. Это абсолютно нормальное явление: все обитатели Ритрита сохраняют возможность смотреть обычные сны. Некоторые даже не ленятся тратить часы на то, чтобы растолковывать их по Фрейду или с помощью допотопных сонников, которыми пользовались еще их прапрабабушки на Большой Земле.
В доме светло и уютно. Нежное женское присутствие ощущается в каждой детали: в вышитых салфетках на столе, в расписных чайных чашках, в тапочках с мордочками забавных зверюшек, в глянцевых журналах на столике в гостиной, в розовых полотенцах в ванной. Примет же мужского присутствия нет совсем. На вешалке в прихожей не висят мужские куртки, в ванной нет мужской бритвы, в холодильнике нет сытной мужской еды.