За те шесть часов, что я провел в кабинете господина Догане, Содзи почти не отрывался от своего стола. Он словно был прикован к кульману: непрестанно чертил, вносил поправки в спецификации и с педантичностью, свойственной японским мастерам, раскладывал документы по папкам. Впрочем, мои «каракули» — наброски и расчеты — не остались без его внимания. Стоило мне лишь завести с Гиити речь о наиболее уязвимом месте шагохода, о его «чреве», как технолог, прислушавшись, попросил ознакомиться с моими чертежами.
— Любопытно… — деловито проговорил Каваками, разглядывая схему. — Сие весьма напоминает принципиальную схему запалов системы Бориса Семеновича Якоби.
— Истинно так, — подхватил Догане, заглядывая через плечо помощника. — Похоже, хотя оригиналы сии применялись преимущественно в минном деле, для защиты морских акваторий. У меня в домашней библиотеке должны были сохраниться очерки по этой части. Я поищу их, Гриневич-доно, и при следующей встрече непременно передам вам.
Дальнейшее обсуждение переросло в сущую лекцию о минном деле, от которой мой рассудок, утомленный бессонной ночью, начал решительно пасовать. По счастью, господин Гиити, заметив мое состояние, проявил участие и позволил мне пару часов отдохнуть. После непродолжительного сна я направился в административный корпус, дабы освежиться и привести свой мундир в подобающий вид. Найти Арисаку или Намбу не удалось — оба предавались заслуженному отдыху, «давя подушки» в своих кабинетах. Посему, заручившись сопровождением Догане, я проследовал в заводскую столовую.
К моему удивлению, нас провели не в общий зал, а в отдельное помещение, накрытое с подчеркнутым тщанием — явно для нужд руководящего состава. В то время как рядовые инженеры и техники располагались за общими прямоугольными столами, вмещавшими до полудюжины человек, здесь царила тишина и уединение за столиками на четверых.
Как только мы заняли места, к нам тотчас же приблизилась официантка. Последовали витиеватые перечисления блюд, от которых у меня закружилась голова. В отличие от Догане, чьи познания в тонкостях национальной кухни были безупречны, я лишь наугад указал на несколько позиций, придав лицу выражение глубокой задумчивости. К счастью, выбор оказался недурен: мне подали ароматный суп с водорослями вакаме и тофу, дымящийся рис, заботливо сервированный с ломтиком рыбы приготовленной на гриле, пару яиц и легкий капустный салат. Трапеза оказалась на редкость сытной и пришлась как нельзя кстати. За едой я попытался выведать у Догане сведения о госпоже Танаке, однако тот лишь развел руками: по роду службы их пути практически не пересекались, и помочь в столь щекотливом деле он был не в силах.
После обеда мне не оставалось ничего иного, как действовать на свой страх и риск. Гиити, отдав должное моему упорству, любезно объяснил, где располагается секретариат. Понимая, что визит в обеденный час — жест не самый деликатный, я все же решил рискнуть. Предварительный опрос прислуги подтвердил мои догадки: госпожа Танака пренебрегала общими залами, предпочитая трапезничать в стенах своего кабинета. Ей подавали «бенто» — лаконичный обед в коробочке, не требующий подогрева и позволяющий не прерывать важных дел даже ради насыщения.
Выйдя из столовой, я взглянул на свои карманные часы: был всего лишь первый час пополудни. Время самое благоприятное: мастеровые еще не вернулись к станкам, а административные служащие рассеялись по своим делам, оставив коридоры корпуса в той тишине, что как нельзя лучше способствовала моему предприятию. План мой был прост и лишен всякого светского блеска. Никаких «джентльменских» уловок вроде букетов или подношений — от них в моем положении не было бы никакого проку. Будем откровенны: от меня все еще разило крепким духом, бессонная ночь оставила на лице неизгладимую печать усталости, а мой японский, приправленный чудовищным акцентом, едва ли позволил бы мне претендовать на роль обольстителя.
Я осторожно приоткрыл дверь кабинета, снабженного нужной табличкой. К счастью, японцы использовали общепринятую арабскую нумерацию, что избавило меня от необходимости гадать над хитросплетениями иероглифов.