Бран повернулся к Виринее, сжимая в руке окровавленный скин-оккл.
– Ты убил его, – потрясенно выдохнула Виринея. – Какой ты быстрый! Ты… ты настоящий воин. Ты увезешь меня с собой? В горы?!
Бран недоверчиво покачал головой. Неужели она и в самом деле на что-то надеется?
– Убей эту тварь, – прошипела Ула. – Убей ее. Это все из-за нее! Папа погиб из-за нее!
Виринея попятилась – и наткнулась на Тарлу, безмолвно возникшего у нее за спиной. Взвизгнув, римлянка бросилась наутек.
– Пускай бежит, – равнодушно проронил Тарла. – Внизу ее встретят. Ага, – сказал он при виде мертвого Стаберия. – Я все-таки опоздал. Хотел сам убить мерзавца. С таким трудом выследил, и – опоздал… А ты молодец, Бран. Настоящий воин.
– Что теперь будет? – спросил Бран. – Мы проиграли?
Тарла широко ухмыльнулся:
– Напротив! Мы победили! Погляди! – он обвел рукой панораму горящего Рима. – Разве это не прекрасно? Разве не об этом мы мечтали?
С улиц доносились крики и выстрелы. Где-то вдалеке шипели водяные пушки и взрывались газовые гранаты. Над городом кружили вертолеты, на улицах горели машины.
– И что теперь? – спросил Бран, одной рукой обнимая Улу и Алпина.
– Теперь бы будем воевать, – хищно улыбнулся Тарла. – Грабить и убивать. Теперь – наше время. Время варваров.
Брану вдруг стало страшно. Семнадцать лет он прожил в этом городе. Семнадцать лет Рим был его домом. Теперь дом сгорел. Ула тихонько всхлипывала, прижавшись к плечу Брана. На личике Алпина был испуг.
– Нет, – сказал Бран. – Мне надо позаботиться о семье. Увезти их из города.
– Неужели Рим сделал тебя таким мягкотелым? – не поверил Тарла. – Ты же пикт!
Вместо ответа Бран молча повел сестру и брата к выходу с парковки.
– Ты еще вернешься! – крикнул Тарла им вслед.
– Вряд ли, – ответил Бран.
Они вышли на улицу – и в эту секунду Рим погрузился во тьму. Погасли все фонари и прожектора, сгинули вертолеты, и лишь пламя пожаров освещало ночное небо.
***
Когда погас свет, Кассий находился под аркой Тита, в самом начале Виа Сакра, ведущей к Форуму. В паре шагов от него трое «люпусов» насиловали верещащую от ужаса и боли секванку: двое держали ноги, а один пыхтел над девушкой, пытаясь зажать ей рот и одновременно расстегивая потрепанное пальто варварки.
Двоих Кассий схватил за шкирки и свел лбами. Звук был – как от деревяшек. Третий успел обернуться и вцепиться в полу шинели, его трибун пнул ногой. Обезумевшая секванка перевернулась на живот и попыталась уползти. Трибун перешагнул через нее и окинул взглядом Форум.
Там шел бой, плавно переходящий в грабеж. У колонны Траяна горел грузовик вигилов, между колоннадой храма Сатурна кто-то вел ожесточенно перестрелку, под Регией кипело рукопашное побоище, Дом Весталок пылал, из взорванных ворот Мамертинской тюрьмы бежали заключенные.
А с Капитолия надвигалась стена алых щитов – когорта преторианцев, построившись «черепахой» и отбивая ритм дубинками, медленно, но неумолимо выдавливала бунтовщиков с Форума. Из-за «черепахи» по широкой параболе вылетали, запущенные аркбаллистой, канистры со слезоточивым газом, и виднелись водяные пушки на самоходных платформах.
По расчетам трибуна бунту оставалось бурлить около пяти минут. Преторианцы свое ремесло знали отлично и массовые волнения давили быстро, эффективно и беспощадно.
И именно в этот момент немногочисленные уцелевшие фонари на Форуме, равно как и прожектора, подсвечивавшие фасад храма Юпитера Статора и базилику Порция, погасли.
Форум накрыло мраком – как и весь Рим. А преторианцы, перегруппировавшись, двинулись обратно к Капитолию.
Ничего не понимая, Кассий вышел из-под триумфальной арки. Шальная пуля на излете прожужжала мимо и выбила кусок барельефа у Кассия за спиной. Под ногами хрустело битое стекло. Пахло гарью, бензином, порохом и дерьмом – канализационные люки бунтовщики пустили на баррикады.
Из разбитой витрины ювелирного магазина выскочили четверо «люпусов», с ног до головы увешанные золотыми цепочками. Один из мародеров наставил на трибуна армейский «парабеллум» – вполне возможно, из числа тех, что пару часов назад Кассий лично раздавал со складов Арсенала молодым патриотам Рима…
Твари, подумал Кассий, глядя в дуло пистолета. Рука «люпуса» – совсем еще мальчишки, лет пятнадцать, не больше – изрядно дрожала.
Неизвестно, выстрелил бы «люпус» или нет – но знакомый трибуну рев дизелей заглушил звуки уличных боев и спугнул мародеров. Мальчишки бросились бежать, унося добычу, а Кассий обернулся и нахмурился.
На Виа Сакра выезжала колонна бронетехники. Два турма БМП, четыре когорты пехоты, пять манипул десантников и центурия спецназа. Третий Каледонийский легион уходил из Рима, направляясь к Ратуменновым воротам.