У франков коррупция является несущей конструкцией их государственности, потому что король Людовик XV в долгах, как в шелках и большая часть чиновников не получает жалования, по причине того, что оно вообще не предусматривается, а часть высших чиновников и вовсе купила должности (1) с целью сытно кормиться с них.
У англосаксов с этим не сильно лучше, но чуть лучше. У них официально торгуют местами в парламенте, есть множество должностей на жаловании, которые ни за что не отвечают и занимаются полезными королю и премьер-министру людьми, а Ост-Индская компания, за которой последние годы внимательно наблюдает Таргус, вовсе уже превратилась в коррумпированное государство в государстве.
Вывод? Каждая страна гниёт по-своему…
Если франкский и англосаксонский короли попробуют внедрить у себя кое-что из имперского антикоррупционного законодательства, то это будет похоже на целенаправленное разрушение фундамента под собственными государствами.
Они это понимают, у них недостаточно власти, чтобы даже начать такое, поэтому этого никогда не произойдёт.
«А это значит, что они всегда будут менее эффективно управлять своими недогосударствами», — заключил Таргус. — «Коррупция — это слишком расточительно».
Фотограф отснял материал — Таргус помахал, для приличия, подданным и иностранцам, собравшимся поглазеть на отправку поезда, а затем ушёл в спальню, чтобы снять свой парадный чёрный мундир и переодеться во что-то более домашнее.
Это время он хочет провести с семьёй — они будут ехать через всю его империю, наслаждаясь компанией друг друга и останавливаясь только в крупных городах, для официальных встреч с местными чиновниками.
Получится своеобразный феодальный объезд владений — как ни посмотри, очень крупное и значимое мероприятие.
Поезд, наконец-то, тронулся с места и поехал по рельсам из легированной терезианской стали.
— Ваше Императорское Величество, — постучал в дверь спальни Вильгельм Андерсон, старший дворецкий. — Генерал-легат Мейзель просит аудиенции.
— Я помню, — ответил Таргус. — Вели ждать.
— Слушаюсь, — ответил Андерсон.
Император переоделся в повседневное одеяние, повесил на пояс шестизарядный револьвер системы Босслера модель. 7 — отличное оружие калибра 9×35 миллиметров.
Фридрих Якоб Босслер — это гессенский оружейник, устроившийся в Промзону I в далёком 1741-м году, на должность рядового слесаря в конструкторский цех по разработке револьверов.
Он пытался продвигать свои духовые ружья, которые он до сих пор считает более прогрессивным оружием, так как последнее, на тот момент, духовое ружьё его отца могло отстрелять подряд пятнадцать пуль, содержащихся в двадцатизарядном магазине. А сам Фридрих предлагал свою модель, с более ёмким баллоном сжатого воздуха, позволяющим сделать не только все двадцать выстрелов подряд, но и поражать цели на дистанции до 150 метров.
Промзоне I наладить производство такого оружия было нетрудно, но Таргус не увидел в нём никакой перспективы, кроме охотничьего сегмента, к сожалению, для Босслера, уже захваченного двуствольными ружьями с унитарными патронами.
В конце концов, Босслер смирился с тем, что его оружие никого не интересует и переключился на разработку револьвера собственной конструкции.
Собственно, так он и получил личный конструкторский цех — Таргус лично учредил его, после того, как опробовал пятизарядный револьвер Босслера модель.1, чуть сыроватый, но перспективный.
Далее Фридрих Босслер совершенствовал свою модель, а в итоге пришёл к модели.7, имеющей семизарядный барабан, а также механизм двойного действия (2) и экстрактор гильз.
Порох до сих пор применяется чёрный, но сильно улучшенный: в состав добавлено 10% сахара, предназначенного для уменьшения дымности.
Серийное производство револьверов налажено три года назад и мощности Промзоны I позволяют выпускать по 8000 экземпляров в год.
На револьверном производстве трудится 94 мастера и 213 подмастерьев, которые и производят все эти револьверы, строго соблюдая требования отдела технического контроля.
Но револьверы — это далеко не самое важное направление.
Конструкторский цех Иоганна Штокмара разработал первую в мире винтовку с продольно-скользящим затвором, поступившую в первые когорты I-го, II-го и III-го легионов на войсковые испытания.
Серийное производство гильзовых патронов, после лет мучительного поиска решений, налажено — патроны калибра 12×52 миллиметра накапливаются на складах.
Винтовка Штокмар модель.11 признана лучшим пехотным вооружением из когда-либо созданных, но проблема наращивания патронного производства до сих пор удерживает Таргуса от старта массового перехода легионов на вооружение с цельнометаллическими гильзами.