– Ты прав, но пусть мы формально и не участвуем в войне, ответственность за действия несём, – Карл Фридрих понял, что с Таргусом бесполезно спорить.
– Теперь перейдём к более насущным вопросам, – Таргус открыл папку. – Кильский канал.
– О, нет, это несвоевременно сейчас, только-только всё стало налаживаться, я устал и не могу! – заныл Карл Фридрих.
– Проработаем всё, лишим данов их монополии на торговлю с Балтикой – выбьем почву у них из-под ног! – вновь начал давить на него Таргус. – По моим расчётам, нужно прорыть девяносто восемь километров. Это мы осилим с помощью десяти тысяч наёмных рабочих, а также двух легионов в течение четырёх-пяти лет! Шлюзов потребуется всего четыре, механизмы будут изготовлены силами нашей «Промзоны»! Никто, кроме нас, не сможет устроить всё это! Это наш уникальный шанс мало того, что отсечь данов, с их штормовыми проливами, от потока бешеных денег с пошлин, но и перенаправить его на нас!
– Это же расходы… – вздохнул Карл Фридрих. – Где мы возьмём столько людей и специалистов?
– По моему проекту нужно только копать и взрывать, – Таргус перелистнул несколько страниц. – Нам потребуется около двадцати тонн хлоратита на взрывные работы и он производится прямо у нас! Только у нас! Подпиши проект и машина зашевелится в нужном нам направлении.
Хлоратит – это 9/10 бертолетовой соли и 1/10 парафина. Промышленная взрывчатка, та самая, из-за которой Таргуса в его родном мире чуть не казнили вместе со скандами. Парафин получается в качестве осадка при перегонке нефти, поэтому помимо керосина и бензина говённого качества они получают ещё и говённого качества парафин, который сейчас потихоньку используется в производстве свечей и взрывчатки. Было символично, что Таргус собирался уничтожить экономику данов с помощью именно этой взрывчатки…
– Эх, ладно, хорошо… – Карл Фридрих взял перо и подписал проект.
Таргус завязал всю бюрократическую на Карла Фридриха, поэтому его подписи играли ключевое значение. В «Промзоне» и Эгиде первое и последнее слово, конечно, стояло за Таргусом, но курфюрстом являлся не он, поэтому в курфюршестве необходимы были подписи Карла Фридриха, который изучал проект и ужаснулся масштабом предстоящих работ. Никто так не делал до этого, он просто не верил, что это возможно.
Таргус весь прошлый месяц ездил по местам с картой, замерял высоты и чертил маршрут будущего канала. Работ предстояло много, но инструменты уже готовятся, так же, как и строительный городок со всем необходимым по центру маршрута.
Всё это предполагало масштабные капиталовложения, но Таргус не мог отказать себе в удовольствии макнуть данов лицом в дерьмо.
Кильский канал превратит их страну в бесполезное и никому не нужное пятно на карте. А когда их экономика потерпит коллапс из-за тяжелейшего дефицита бюджета, Таргус устроит провокацию и захватит континентальную часть земли данов. Местные только начали понимать, что войну можно вести не только силой оружия, а Таргус на этом уже собаку съел. Стаю диких собак.
– Вот и… – начал он довольным тоном.
Грохот. Пол заходил ходуном, взорвались стёкла и Таргус, подчиняясь своим глубинным инстинктам, упал на пол и пополз под стол.
– Ложись! – крикнул он Карлу Фридриху.
Тот упал и наткнулся на уже лежащего под столом Таргуса.
– Что происходит?! – завопил курфюрст.
– Похоже на артобстрел с моря, – ответил Таргус.
Деревянные стены с хрустом ломались, со звоном разбивалось стекло.
– Надо убираться отсюда! – проорал Таргус и потащил Карла Фридриха из-под стола. – К выходу! Ползком!
Обстрел продолжался, Таргус увидел, что долбят пушечными ядрами и картечью, если верить характерным отверстиям в стенах.
Выбравшись вместе с курфюрстом из его кабинета, они поползли по коридору вниз.
На первом этаже было поспокойнее, но следы от обстрела были и здесь. Готторпский замок не задумывался для артобстрелов с моря, поэтому сразу начал пасовать.
– Хреновы даны пропустили сюда корабль… – прорычал Таргус. – Хреновы ублюдки… Готфрид! Максимальная боевая готовность! Они могут высадить десант!