Таргус знал о технологии изготовления хлора от Спарк, которая внедряла что-то подобное на своих производствах. Также он знал о том, что таким образом можно отбеливать ткань, причём максимально быстро и просто, за счёт кислорода, который выделяется при взаимодействии хлора с водой.
– А через каустический поташ пропускали? – поинтересовался Таргус.
– Разумеется, Ваше Светлейшее Высокородие! – ответил Пецольд. – Мы уже получили почти сто грамм новой соли, название которой ещё не придумали! Мы передаём эту честь вам.
– Тогда будем называть её хлоратом калия, – хмыкнул Таргус. – Нейтрально и точно соответствует содержанию.
– Всё в вашей воле, Ваше Светлейшее Высокородие, – поклонился Пецольд. – Вы говорили, что надо добавлять эту соль в состав капсюльного взрывателя, но она делает его нестабильным, мой ассистент Пауль лишился указательного пальца при испытаниях.
– Нужно подобрать оптимальный состав, то есть экспериментировать, – Таргус осмотрел камеру. – Никогда не забывайте, что хлор смертельно ядовит, поэтому от соблюдения техники безопасности зависит не только ваша жизнь, но и жизни сотрудников цеха.
– Обратите внимание, что Юрген Крамп, начальник ОТК, вывесил в каждом цеху большие плакаты, – Пецольд указал на висящий на стене бумажный плакат с большими буквами выведенным текстом, оглашающим правила техники безопасности для химического цеха. – Совершивших проступок рабочих мы заставляем многократно читать эти правила вслух.
– Это хорошая инициатива, – похвалил их Таргус. – Как обстоят дела с промышленным производством хлора и хлората калия?
– Проектную документацию мы разрабатываем, но водяных приводов для динамо-машин будет слишком мало, – ответил Пецольд.
– В ближайшее время мы разберёмся с патентами и чертежами, а после этого приступим к производству паровых машин, – пообещал Таргус.
Патент ему был не особо нужен, но необходимо было создать общественный интерес к паровым машинам. Это подстегнёт развитие в этом направлении и через десяток лет можно будет «собирать сливки», то есть переманивать к себе выучившихся за это время мастеров-механиков. Если курфюрст Шлезвига заинтересовался направлением и даже хочет купить патент – значит в этом что-то есть. Но англичане упёрлись, они ещё не понимают, зачем Таргусу патент и чертёж, то есть это-то они прекрасно понимают, но не понимают, что он в этом нашёл. И боязнь упустить какое-то неожиданное преимущество заставляло их тянуть время с продажей.
Второй целью является выяснение особенностей работы паровой машины Ньюкомена, чтобы точно определить статус прогресса в данный момент.
– Ударные капсюли – это просто охренительно… – выйдя на свежий воздух, пробормотал Таргус.
Глава XVIII. Грохот на всю Европу
//Курфюршество Шлезвиг, кильский дворец, 23 сентября 1735//
До Таргуса доходили новости, что Людовик XV начал тянуть время. Признавать поражение ему не хотелось, хотя для всех было очевидно, что победил Карл VI, причём очень убедительно. А главное, он был готов продолжать войну хоть следующие пару лет, денег у него хватает, чего нельзя сказать про франков, вынужденных сейчас набирать новую армию и считаться с тревожной переменной в виде армии теперь уже курфюрста Карла Фридриха.
Малолетнего сынка его тоже воспринимали всерьёз, с ним считались, но не как с полноценным взрослым, а как с необычным статистическим артефактом или юным военным гением, который безобиден, если не сталкиваться с ним на поле боя.
– Слушай… – Карл Фридрих с выпученными глазами вбежал в кабинет Таргуса, где тот сидел за обычным письменным столом и диктовал Зозим шифрованный текст со свежими данными в личное дело Карла VII Альбрехта Баварского. – Можешь удалить свою служанку ненадолго?
– Зима, выйди ненадолго, чайку попей, – попросил Таргус карлицу.
Та молча поклонилась в пояс и покинула кабинет. Таргус откинулся на спинку кожаного кресла, сложил кисти в замок на затылке и вопросительно уставился на курфюрста.
– Поступило интереснейшее предложение от самого Людовика XV! – оглядевшись по сторонам, произнёс Карл Фридрих. – Он предлагает династический брак, только не между тобой и какой-нибудь малолетней герцогиней, а между мной и Елизаветой Александриной де Бурбон, прямой внучкой самого Людовика XIV! За это придётся, подпольно, конечно же, поделиться с ним технологией производства пушек…
– Ты понимаешь, что мы таким образом вручим хитрожопому Людовику преимущество перед нашей страной? – спросил его Таргус.