– А Марчелло...
– Марчелло всё еще был в Барселоне. Ждал меня, – я моргнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Дэниел, не мои родители, забрал меня из аэропорта. Дэниел, золотой мальчик, которого я оставила, когда улетела в Испанию. Дэниел, парень, которого я по-настоящему любила и по которому думала, что буду жутко скучать, находясь в другой стране. Дэниел, мальчик, о котором я забыла в тот момент, когда встретила мужчину.
Появился Марчелло, и всё для меня стало ясно. Но когда я спускалась по эскалатору в аэропорту Логана, а Дэниел стоял внизу и ждал меня, держа в руках связку воздушных шаров, букет цветов и табличку «С приездом, Детка!». Та часть меня, которая еще не полностью принадлежала Марчелло, дрогнула.
Определенно, я всё еще собиралась следовать плану. Вернуться домой, освоиться, устроиться на работу в музей, а затем, когда всё будет готово, осторожно сообщить Дэниелу о случившемся. Оглядываясь назад, я понимаю, что следовало полностью отказаться от этого плана. Потому что, оказавшись дома, обустроившись, и начав работать в музее, все мои планы полетели псу под хвост. Точнее, из уважения к прошлому, только последний пункт.
Дэйзи прервала меня, качая головой.
– Тебе необязательно рассказывать эту часть, Эви.
– Нет, я должна сделать это, понимаешь? Это всё является частью истории.– Тыльной стороной ладони я вытерла слезинку.
– Я подумала, Дэниел был прекрасным парнем, к тому же мы были вместе столько времени, а моё возвращение домой вызвало часть тех чувств, о которых я не вспоминала во время пребывания в Испании. И та единственная ночь, которую я провела с Дэниелом, прежде чем обрушить на него все эти новости о расставании и всё такое...
Всё вокруг не может быть только черным или белым. Я собиралась рассказать Дэниелу о Марчелло, действительно собиралась. Но оказалось, что я не из тех девочек, которые делают всё так, как подсказывает им сердце. Как минимум, это относилось к тому, что происходило со мной снаружи нашего с Марчелло пузыря.
Я струсила. Запаниковала. Я проводила на работе каждую свободную минуту, тем самым избегая Дэниела так долго, сколько могла, и делала это на протяжении трех последующих недель. Но в то же время я избегала и Марчелло. Он звонил, а я в ответ писала письма. Он отвечал на сообщения, а я звонила, когда точно знала, что он спит или находится на занятиях, и поэтому оставляла голосовые сообщения. Я была сбита с толку и была напугана тем, что не понимала, как быть дальше.
До тех пор пока две крошечные красные полоски не изменили жизнь троих людей.
Не было смысла говорить об этом вслух.
– Остальную часть истории ты уже знаешь.
Она кивнула, сжав мою руку, а на её глазах выступили слезы.
Я никому не рассказывала о том, что случилось со мной в Испании, но когда я забеременела, то я точно была уверена, что прошло достаточно времени, и что отцом являлся именно Дэниел, мне было необходимо поделиться с кем-то, я не могла пройти через всё это в одиночку. Поэтому, я рассказала своей лучше подруге, которая узнала обо всем даже раньше Дэниела.
Я продолжила:
– А затем всё произошло так быстро. Как только Дэниел узнал, что скоро станет отцом, он на следующий же день пошел и купил кольцо. Наши семьи объявили о помолвке в загородном клубе в тот же уикенд. Я запаниковала на все 100%. И поэтому совершила самую большую в жизни ошибку, не сказав правду Марчелло. Я просто не могла встретиться с ним лицом к лицу. И как настоящая трусиха, я перестала отвечать на его звонки. Я сожгла все мосты. Это была полностью моя инициатива, а для него это был словно удар в спину.Но я приняла решение, что именно это есть мой путь, то что произошло, случилось во благо моей новой семьи.
Она кивнула в ответ.
– И ты никогда не пыталась связаться с ним?
– После случившегося, это казалось чем-то невозможным. Было слишком больно. И, кроме того, я же была беременна! И вообще, черт побери, кто расскажет своему бывшему любовнику-итальянцу, что забеременела?
– Кстати, говоря об этом...
– Отец не он. Я уверена, что не он.– Я отрицательно покачала головой. – Поверь, я тысячу раз пересчитывала дни, прежде, чем сообщить тебе, не говоря уже о Дэниеле. У меня начались месячные через несколько недель после возвращения из Испании, и это как раз и было одной из тех причин, которые позволили мне избегать интимной близости с Дэниелом первое время. – Я печально улыбнулась. – Забавно, правда?
Но есть то, о чем я никому никогда не признавалась, и никогда не признаюсь, что на долю секунды подумала, надеялась, молилась, что отцом был Марчелло...