Его взгляд скользил по моему лицу, пока не встретился с моим. Возможно, он пытался найти во мне какие-то изменения, точно также как делала я по отношению к нему прошлым вечером. Или он мог пытаться прочитать меня, понять, действительно ли я сожалею о том, что случилось много лет назад, или же все мои слова, как он, видимо, и предполагал, были полной ложью. Я не стала спрашивать, а он не рассказал.
Наконец, он кивнул и вернулся обратно на свое место. Усевшись, он замолчал и его взгляд вернулся к шумному трафику за окном. Я окинула взглядом посетителей кафе; взгляды сидящих разом вернулись к своим собеседникам.
Держа руку на спинке стула, я ждала. Чего я ждала, было непонятно, но я надеялась, что рано или поздно он даст какое-то подтверждение того, что он понял. Возможно, прощение не являлось тем, что могло случиться между нами, но я верила, что он может, как минимум, осознать, что всё сказанное мой было правдой.
Наконец, он кивнул на стул, давая понять, что я могу, и должна, сесть обратно на место. Зная его характер, я понимала, что это бо́льшее, на что я могу рассчитывать.
Закатив глаза, я скользнула обратно на стул. И стала ждать. Я уставилась на чашку кофе, наблюдая, как медленно исчезает пенка, и ждала, когда Марчелло начнет говорить. Хоть что-то. От меня не ускользнул тот факт, что мы находились рядом менее получаса, но ругались за этот период столько, сколько я не ругалась с Дэниелом в течение многих лет.
– Я не хочу ссориться,– наконец, призналась я. Молчание сводило меня с ума.– Возможно, нам следовало бы, но я действительно просто не хочу. Всё, чего мне хочется, это извиниться.
Он кивнул, сфокусировавшись на том, как я без остановки заламывала пальцы. Интересно, заметил ли он белую полоску от кольца на моем безымянном пальце? Лично по мне, это было словно свет от маяка, который буквально кричал:«Посмотрите, я тут, вот она я! Замужняя женщина, бегающая по всему Риму без обручального кольца!».
Но даже если он и заметил, то виду не подал.
– Мне не нужны извинения. Я хотел получить их тогда, но...
– Они нужны мне, – произнесла я, одновременно убеждаясь, что он точно не пропустил эту фразу. – Ты этого заслуживаешь. Тогда и сейчас. Мне не следовало уходить подобным образом. Я должна была все объяснить, а не...Господи, а не паниковать. Когда я вернулась домой, то была уверена, что всё будет так, как мы планировали, но...Э-эм... Произошли незапланированные вещи и всё изменилось, и...
– Я не понимаю, – ответил он, потянувшись ко мне рукой, но быстро её одернув.
Ты и не сможешь понять, потому что я боюсь рассказать тебе.
А затем его телефон издал звук, сообщающий о приходе смс. Он посмотрел на экран и закатил глаза.
– Дэйзи интересуется, где мы сейчас, и она...Э-эм... Она хочет знать, что я планирую с тобой сделать. – Я пропустила один удар сердца, затем второй, желая, чтобы сердце прекратило так дико биться. Скажет ли он «Рад был с тобой увидеться, будь счастлива»? Или обхватит меня своими невероятно сильными руками, прижмет к груди и прошепчет те слова, которые я так давно хотела услышать, о том, как он сожалеет, о том, как сильно скучал, о том, как благодарен Богу за то, что я вернулась?
– Еще кофе? – Вместо этого спросил он.
Лучшее, что он мог произнести! Возможно, для других, это был обычный вопрос, но для нас – тех, кого связывала такая запутанная история – эта фраза значила очень много. Ни один из нас не отвел взгляд. На долю секунды мне показалось, что он выглядит огорченным, но затем крошечный намек на улыбку появился на его лице, когда он стал набирать ответ.
Я хотела спросить, что он написал.
Но в тот момент я была просто счастлива провести с ним еще несколько следующих мгновений, сидя за чашечкой кофе и задавая ему кое-какие интересующие лично меня вопросы, если он позволит.
– Как давно ты работаешь с Дэйзи?
Казалось, что мой вопрос застал его врасплох.
– Так... Уже четыре года. Мы работали над несколькими проектами с того момента, когда она пришла в компанию, и сейчас мы заканчиваем очередной объект.