С портфелем, в котором уместились альбом для зарисовок, карандаши и прочие необходимые предметы, я стояла на остановке и ждала автобус. Я даже приготовила и упаковала себе ланч. Естественно, моя поездка на работу не обошлась без происшествий. Я задумалась, непроизвольно рисуя плечи Марчелло в своем альбоме, который лежал у меня на коленях, отчего чуть не проехала свою остановку.
Мария уже ждала меня.
– Как я и сказала, мы еще не делали никаких предварительных тестов. Эвери, это очень важный объект. Поэтому прежде всего мне нужен от тебя подробный план работ, список рекомендаций и твой расчет времени, которое потребуется на это. Мы обсудим это позже в офисе. А сегодня все, что ты успеешь сделать, это провести предварительную очистку.
Территория уже была огорожена специальной лентой, строительные леса уже были установлены, а по всему периметру стояли высокие столбы с закрепленными на них фонарями. Я гадала, что же ждет меня за этими занавесками. Из плана, который Мария отдала мне, было понятно, что из-за поиска специалиста работы по реставрации следовало начать еще несколько дней назад.
В углу виллы я организовала небольшую мастерскую. Вокруг я разместила инструменты, кисти, ватные палочки, вёдра и чистую ветошь. Предоставленный мне стул был достаточно удобным и мягким, но в данный момент я сидела на полу и смотрела на стену.
Я размышляла над тем, что же было под ней. Достав блокнот, я начала составлять список. Бо́льшая часть стены была покрыта слоем краски. Поверхность выглядела так, словно кто-то пытался самостоятельно удалить эту краску, оставив тем самым повреждения. Делая фото тех мест, которые вызывали у меня вопросы, я дополнительно делала записи. Для подобного требовалось чуть больше времени и большая осторожность.
Пастелью я зарисовала пять различных кусочков стены, чтобы показать уровень покраски и повреждений в разных местах.
Затем детально описала всё в отчете, включая процесс очистки, который включает в себя нанесение специального раствора на верхний слой краски и его последующее снятие. Слои придется снимать друг за другом, и это определенно будет трудоёмкое занятие.В конечном итоге мы доберемся до самого нижнего слоя, который удалим при помощи натуральных растворителей, чтобы не повредить исходное изображение.
А после нужно будет зачистить поверхность и подкрасить необходимые участки, чтобы затем нанести финальный слой шпатлевки. Беря во внимание размер стены, а также параметры самой фрески мы пришли к выводу, что работа займет не меньше двух недель.
***
Когда где-то во время обеда позвонил Марчелло, меня просто разрывало от гордости.
– Я люблю в этой работе абсолютно всё.
– Хочу услышать всё в деталях.–Его было плохо слышно.Я и забыла, что в тот момент он находился на строительной площадке. Громкая итальянская речь и различные посторонние шумы не позволяли мне чётко рассказать о том, как прошло утро. Но тем не менее я постаралась вкратце описать людей, с которыми познакомилась, детали фресок, над которыми мне предстояло работать и о тех трёх ресторанах, которые видела по пути и в которых безумно хотела побывать.
Он засмеялся, после чего что-то крикнул рабочим, а затем, судя по всему, вышел в другую комнату.
– Я горжусь тобой. Ты настоящая римлянка. Теперь осталось только научить тебя водить Vespa.
– Вот уж нет, ни за что и никогда. Кататься с кем-то это одно дело, а вот водить самой это слишком сложно.
– Просто подумай, насколько быстрее ты будешь добираться до работы. – Начал уговаривать он, в то время как я положила в рот очередное бискотти.
– Не-а,–пробормотала я, представляя себя в милом красном шлеме, маневрирующей между машинами на улицах Рима.
Через арочное окно я выглянула во двор и насчитала около пятнадцати скутеров. Выходит, что я была единственным человеком, который испытывал проблемы в управлении этими юркими маленькими монстрами.
– Ты занята?
– Пока нет. У меня перерыв и сейчас я читаю об истории виллы. Хозяева оставили документы, в которых есть невероятные детали о прошлых владельцах.
– Например?
Я поднесла телефон ближе ко рту и прошептала:
– А ты знал, что здесь кого-то убили? Если точнее, убийств было несколько, но тела так и не были найдены!
С этими словами я сразу вспомнила рассказ Эдгара Аллана По «Бочонок амонтильядо», в котором итальянский мужчина живьем замуровывает в стену своего бывшего друга в винном погребе, на стене которого также располагалась великолепная фреска.