Он помотал головой и повторил вопрос.
– Какая комната?
– Последняя дверь направо.
Сердце учащенно забилось, когда он внес меня в спальню. Он осмотрелся, а затем опустил меня в мягкое кресло в углу комнаты.
Улыбнувшись, он заботливо отодвинул волосы от моего лица, а затем дотронулся до пуговицы на своих штанах.
Я подвинулась ближе, чтобы остановить его.
– Позволь мне.
Мои руки дрожали из-за волнения, но одновременно в предвкушении. Возможно, он почувствовал моё напряжение, или же просто был также нетерпелив, как и я, но в этот момент он накрыл мои руки своими, чтобы помочь. Вместе мы расстегнули штаны и опустили их вниз, чтобы затем он снял и отбросил их куда-то в угол.
Всю свою жизнь Марчелло играл в футбол, и рельефные, загорелые и сильные мышцы ног являлись отличным тому доказательством. Должно быть он до сих пор играет, потому что его нынешняя форма была такой же, какой я помнила его с тех времен.
Я дразнила его, играя с кромкой его боксеров, скользя руками вверх и вниз. Мне нравилось то, как напряжены его мышцы, как слегка сжались бедра, когда я коснулась их.
– Tesoro, ты дразнишься,– прорычал он, позволяя упасть одной лямке моего бюстгальтера. Затем он повторил то же движение и с другой лямкой, после чего отодвинул чашечки лифчика в стороны, от чего грудь оказалась открыта.
Пальцами от нежно потер соски, затем дотронулся до кожи между грудями, и опустился ниже к самому краю трусиков.
– Помнишь наш первый раз? – спросил он, опускаясь между моих ног прямо на деревянный пол. Его руки лежали на моих коленях, а пальцы кружили по чувствительной коже.
Я кивнула, медленно придвигаясь ближе к нему. Судя по его кривой ухмылке, Марчелло наслаждался исходящим от меня рвением.
Он поцеловал одно моё колено, затем медленно коснулся губами внутренней части бедра. Внутри меня всё было настолько напряжено, что я буквально сдерживалась, чтобы не сорваться. Мне хотелось толкнуть его на пол и оказаться сверху.
– Когда эта луна светит позади, то ты так похожа на ту девочку,– произнес он, оставляя поцелуи на моих бедрах. С каждым разом поднимаясь всё выше и выше. – Растрёпанные волосы, безумный взгляд и губы, которые могут поставить на колени любого мужчину,– прошептал он, оказавшись напротив того самого места. Как только я решила, что он больше не сможет продолжать эту восхитительную пытку, он поцеловал меня сквозь шелк трусиков.
– Пожалуйста...– взмолилась я, подталкивая нижнюю часть тела еще ближе к его губам.
Схватив меня сзади, он подвинул меня и прижался своим жаждущим ртом с возбужденной точке на моем теле.
Пробормотав что-то, он резко встал, поднимая меня, развернулся и опрокинул меня на кровать.
Я оперлась на локти и вытянула вперед палец, поманив его подойти поближе. Глаза его игриво заблестели.
Откинувшись назад на кровать, я наслаждалась тем, как были напряжены мышцы моего тела, как это притягивало его взгляд, который он не мог отвести. Его не заботило, что мои волосы были в полном беспорядке, или что макияж был совсем не идеальный. Марчелло просто видел именно меня.
– Чего ты хочешь, Эвери? – спросил он, наклонившись, чтобы поцеловать бедренную кость. Раз, два, три...после чего его губы двинулись с моего живота, а затем переместились на другую сторону. Его сильные пальцы повсюду касались и сжимали. Ни одна мысль, сон или фантазия не сравнится с тем реальным ощущением, которое давало касание его огрубевших пальцев на моем разгоряченном теле. Выпрямившись, он бережно убрал прядь моих, оставив только один локон. Накручивая его на палец, он опустил взгляд на мой рот. – Скажи мне.
Я нервно сглотнула, отчаянно пытаясь подобрать слова.
– Ты знаешь, чего я хочу.
Его грудь поднималась и опускалась, а пальцы в очередной раз покрутили локон.
Поднявшись, я скользнула пальцами по его талии, а затем запустила их в его боксеры. Его бёдра дёрнулись. Быстрее.
– Я должен это услышать это,– сказал он, проводя руками по моим плечам. Везде, где его пальца касались моей кожи, меня охватывал жар страсти.
– Тебя. Только тебя,– произнесла я в перерыве между бесконечными поцелуями, оставляемыми на его прессе. – Пожалуйста.
Одним рывком мои трусики превратились в два кусочка ткани и были отброшены куда-то в сторону. Он положил ладонь на мою лобковую кость, широко расставив пальцы, большим пальцем сводя меня с ума касаниями кожи. А затем замерев, он медленно проник одним пальцем внутрь, сначала словно успокаивая, а затем постепенно ускоряя ритм. К одному пальцу добавился второй, а большим пальцем он прижался к верхней точке.