В этой свите было много красивых и блестящих молодых людей, но все они бледнели в сравнении с рыцарем, несшимся среди них на вороном коне в кольчуге из миланской стали. На его голове красовался шлем, окованный золотом, из под которого падали на плечи белокурые локоны. Тонкие аристократические черты его выражали благородство, мужество и отвагу. Видно было, что качества ума и сердца сочетались в нем в совершенстве, составляя его духовную красоту, к которой присоединялась и привлекательная наружность.
Каждый маленький паж, которого приводили к нему на обучение в замок, спрашивал своего товарища:
— Заметил ли ты его лицо? Оно запечатлелось в моей памяти; к нему влечет какая-то притягательная сила. В его чертах сквозит его редкая душа, его духовная красота, и среди самой блестящей знати он кажется месяцем среди звезд, рассеянных по небу в темную ночь.
Пажи сравнивали его с Богом света, Бальдером, о красоте и доброте которого повествовали древнегерманские саги.
При въезде именитых гостей в замок началась суета; некоторые слуги спускались бегом с лестницы замка и начали снимать с гостей оружие, а также взяли и их лошадей.
Владелец замка первый слез с лошади и предложил руку герцогу Эриху, который оперся правою рукою на его руку. Остальные графы и герцоги следовали за ними. Хозяин дома ввел гостей в зал чести, на каменном полу которого красовался ковер; на нем были рассеяны живые цветы и зеленые ветки. Двери, ниши и стены были завешаны коврами; запах цветов распространялся по всем комнатам.
Изящно выпиленные канделябры, в которых горели восковые свечи, освещали зал. Посредине стоял большой дубовый стол, а вокруг него скамейки, покрытые коврами, и одно шелковое кресло с балдахином для хозяина дома или самого почетного его гостя.
Стол был покрыт узорчатою скатертью. Перед почетным местом был поставлен серебряный сосуд для питья, имеющий форму корабля и наполненный вином. Снасти его были сделаны так, что перед питьем снимались. У каждого прибора лежали нож и ложка; вилки совсем отсутствовали в то время.
На столе были расставлены металлические кувшины с вином, чаши с крышками, солонки, на которых находились латинские надписи, напоминающие пирующим, что «сытый не должен забывать голодного» и другие. Когда все гости уселись за столь, вошли пажи и внесли кувшины с водой. На шеях их были накинуты полотенца, и когда все умыли себе руки, слуги внесли жареного оленя; вторым блюдом следовал жареный кабан и птицы.
Альберт и Генрих обходила гостей и наливали им в кубки вино. Вместо десерта были поданы яблоки, гранаты и финики.
Во время пиршества играла музыка, состоящая из десяти музыкантов на гуслях, лютне и арфах.
В конце обеда каждый из присутствующих пропел песнь.
Пиршество закончилось играми и турнирами молодежи, на свежем воздухе.
Герцог Эрих и его приближенные собрались на совет в соседнюю с залой комнату и, сидя за столом, начали составлять план нового сражения.
Герцог обратился ко всем вельможам с речью, в которой сказал, что неприятельское войско превосходит их своею численностью и что союзниками графа Генриха Шверинского состоят герцог Альберт Саксонский со всеми землями, взятыми им в лен, и город Любек, который отдал свои права герцогу Альберту.
— Но мы надеемся на лучший состав своей рати, — продолжал он, — и на предводителей ее, которые все герои.
Подняв кубок вина, герцог провозгласил тост за своих храбрых воинов, на что все присутствующие на совете ответили громким и неумолкаемым: «Hoch! да здравствует Дания и ее король»!
Когда все гости вновь уселись за стол, герцог Эрих продолжал:
— После завтра мы двинемся в Голштинию. Я думаю, что сражение должно произойти близь деревни Борнговед; там расположится наше войско; неприятель, вероятно, остановится там же.
— Я буду командовать правым крылом, — продолжал он, — в центре нашего войска выступит мой отец, Вольдемар II Победитель. Предводителем левого крыла должен быть герцог Оттон фон Люнебург. Рыцарь dominus Эйлард примкнет со своею ратью к войску старого короля. Ему я вверяю жизнь моего дорогого родителя.
Все вельможи изъявили герцогу свою готовность выступить в бой в означенное им время.
Когда совещание кончилось и был составлен план сражения, хозяин дома снова пригласил своих гостей в ужину. Осушив с ними последний кубок вина, он проводил герцога.