— Думал о том, как мы похожи.
— Мы? — удивилась она.
— Я имею в виду: маги и маглы. На самом деле не такие уж и серьезные различия между нами. Как можно было этого не видеть? Как этого не замечал отец?
— Видит тот, кто хочет увидеть, — пожала плечами Гермиона.
— Ты права, — криво усмехнулся я. — А те, кто не видят правды, могут серьезно поплатиться за это потом, — я указал рукой на себя.
— С тобой все будет хорошо. Ты ведь уже даже можешь ходить. Раз ты преодолел такое, то справишься и с любыми другими проблемами.
Гермиона дотронулась до моей кисти, лежащей на столе, и я, повернув руку ладонью вверх, обхватил пальцами ее тонкое запястье. Она вздрогнула.
— Это все благодаря тебе, — сказал я, посмотрев ей в глаза.
В ее взгляде читался легкий испуг. Я не мог понять такой ее эмоции. Разве я сказал что-то не то?
К нашему столику подошла официантка, на подносе у которой дымились две чашки ароматного кофе.
— Может быть, предложить вам десерт к кофе? — вежливо спросила она, ставя чашки на стол.
Гермиона выдернула руку из моего бережного и осторожного захвата и смущенно уставилась на официантку.
— Нет, спасибо. Возможно, позже, но сейчас ничего не нужно.
— Как пожелаете, — заученно улыбнулась официантка и ушла, оставив нас одних.
— Пей, пока не остыл, — Гермиона кивком головы указала на чашку кофе, стоящую ближе ко мне.
— Ладно, — тяжко вздохнул я и отхлебнул глоток. Нельзя сказать, что было невкусно, скорее, просто непривычно.
Я скривился для виду, чтобы позлить Гермиону.
— Что, настолько противно? — она приподняла брови в удивлении, и я не выдержал — засмеялся. Она мстительно прищурилась и, нахмурившись, заговорила: — Ах ты ж нахал...
— Тише-тише, — перебил я ее, все еще кривя губы в улыбке, которую не мог подавить. — Ты так забавно выглядела.
— Точно нахал, — насупилась она и скрестила руки на груди, но уже через секунду тоже улыбнулась. — Еще и смеешься так заразительно! — прозвучало, как упрек.
— Ну уж прости, — я сделал еще несколько глотков. — Хм, ладно, нужно признать, кофе не так уж и плох.
— Вот! — победно воскликнула Гермиона. — Слушай меня! Я плохого не посоветую.
— Так я и слушаю. И даже слушаюсь, — тихо сказал я.
— Спорное утверждение, — пробормотала она, сделав вид, что ее очень интересует рисунок на чашке.
Я вздохнул. Наши разговоры все больше и больше запутывали, я всюду пытался высмотреть подтекст в ее словах, но был ли он на самом деле, или я просто хотел его видеть?
— А почему чашка такая маленькая? — сменил я тему. — И что там официантка говорила насчет десертов?
Мы заказали еще по капучино — Гермиона утверждала, что мне обязательно понравится, и я даже не стал спорить — и пирожные, которые выглядели и пахли едва ли не вкуснее, чем сладости из «Сладкого Королевста», и просидели в кафе еще по меньшей мере час. А потом нужно было спешить на Кингс-Кросс.
Пока я добрался до платформы номер девять и три четверти, израсходовал все оставшиеся силы и пересел обратно в свое кресло, ждавшее своего часа в уменьшенном виде в сумочке Гермионы.
Всю дорогу до Хогсмида мы разговаривали, сидя рядом и иногда соприкасаясь локтями. Мы обсуждали книги и зельеварение, вспоминали забавные случаи из жизни, шутили и смеялись, но иногда, когда наши взгляды встречались, улыбка сходила с лиц, и мы искали в глазах друг друга что-то очень важное, что хотели понять.
* * *
Утром следующего дня я проснулся в особом настроении, будто перед важным сражением. Была суббота, занятий сегодня не было, так что особых дел, кроме похода в библиотеку, а потом на тренировку, не предвиделось, и именно этот день я выбрал для того, чтобы начать ходить по замку. Одевшись, я медленно доковылял до двери — первые шаги давались особенно трудно, ведь натруженные за вчерашний день мышцы расслабились за ночь и теперь ни в какую не хотели нормально работать — и, бросив победный взгляд на кресло, стоявшее у кровати, вышел за дверь.
В гостиной уже было достаточно много народу. Сонные слизеринцы негромко переговаривались, пытаясь окончательно проснуться и прийти в себя. Когда я пересекал помещение, разговоры как-то разом смолкли. Все смотрели на меня, затаив дыхание. Мне стало немного неуютно под этими взглядами. «Только бы не споткнуться и не рухнуть тут перед ними», — пронеслась у меня в голове паническая мысль. Но все обошлось, по крайней мере, пока что. Тишина сменилась тихими возгласами и шепотом. Обернувшись напоследок, я слегка ухмыльнулся и вышел из гостиной, чтобы отправиться на завтрак.