Деклан улыбнулся, и его взгляд внезапно переместился в мою сторону. Он смотрел так пристально, что напоминал рентген.
— И я вижу, ты принесла с собой угощение, чтобы подкупить меня.
Сэйлор упёрла руки в бока.
— Не будь извращенцем. Это моя подруга, Трули.
— Привет, Трули.
— Привет, Деклан.
У него была плавная манера двигаться, почти гипнотическая. Деклан Джентри остановился от меня в нескольких сантиметрах и легко провёл костяшкой пальца по моей руке.
— У тебя есть мужчина, Трули? Или ты в поиске?
Не дрогнув, я встретила его взгляд.
— Я с Криденсом.
— А, — Деклан опустил руку, а затем с сожалением улыбнулся мне, — очень плохо. У моих кузенов, похоже, есть талант находить лучших женщин раньше меня.
— Так ты поможешь? — спросила Сэйлор. Я услышала отчаяние в её голосе.
Деклан перестал изображать крутого парня. В его голосе звучала грусть.
— Не знаю, много ли я могу сделать, дорогая. Я знаю, о каких боях ты говоришь, и никто не может сослаться на болезнь, чтобы отказаться.
— Последний парень, который упал на ринге в одном из этих боёв, так больше и не встал. Он умер позже той же ночью.
Было слишком страшно, чтобы думать об этом.
— Пожалуйста, — прошептала я.
Сэйлор взглянула на меня, и её лицо исказилось, когда она увидела, что я плачу. Слёзы просто появились без предупреждения, и я боялась, что они могут никогда не остановиться.
Деклан уставился на меня.
— Не позволяй ему видеть тебя такой, — сказал он немного резко, — ты сведёшь Крида с ума. — Он посмотрел в сторону страшного трейлера, мимо которого мы проехали, прежде чем добрались до его жилища.
— Я сегодня же поеду к ним, — тихо сказал он. Затем пристально посмотрел на меня, и я увидела ту же стоическую решимость, которую так часто видела в Криде. — Эти парни — моя кровь, и я сделаю для них всё, что смогу.
— Спасибо, — выдохнула Сэйлор.
Деклан решительно кивнул нам.
— Теперь давай, убирайся отсюда. Если ты задержишься слишком долго, то можешь разбудить зверя.
Сэйлор не нужно было больше ничего слышать. Она потащила меня обратно к машине, и мы оставили Деклана Джентри стоять под палящим солнцем.
Только добравшись до относительной безопасности центра города, я задала Сэйлор вопрос:
— Насколько страшен этот зверь?
— Бентон Джентри? Он самая страшная чёртова тварь, которую я когда-либо видела, — ответила она, вздрогнув.
На обратном пути в долину я посмотрела в зеркало заднего вида на родные места Крида. Мне так сильно захотелось оказаться в его объятиях.
«Я хочу многое увидеть, места, где нет только коричневой пыли и жары. И я возьму тебя с собой, детка».
На меня нахлынуло отвратительное тошнотворное чувство. Душераздирающее чувство потери или, скорее, угрозы потери как таковой.
Вот что происходит, когда ты решаешь рискнуть и удерживаешь кого-то в своих объятиях всю ночь напролёт.
Именно это происходит, когда ты начинаешь чувствовать, что день ничего не значит, если с тобой не будет человека, который вырезал своё имя у тебя в сердце.
Подобные ситуации могут плохо закончиться. Можно разорваться на части, гадая, сможешь ли снова легко дышать.
Я остановила машину на обочине, изо всех сил вцепившись руками в руль. Сэйлор молча наблюдала за мной.
— Больно, — выдохнула я. Я снова плакала. И плакала не только из-за Крида, но Сэй этого не знала. — Чертовски больно.
Подруга обняла меня.
— Я знаю. Я знаю.
И прежде чем отправиться домой, мы немного поплакали вместе.
Глава 24
Крид
— Она не сказала тебе куда направляется? — нахмурившись, спросил Корд.
— Нет, — ответил я, делая глоток кофе, — почему бы тебе не позвонить ей ещё раз?
Корд набрал смску и с минуту смотрел на экран.
— Она была чем-то расстроена?
«Да».
Но я поступил трусливо. Я пожал плечами. В данном случае это было равносильно тому, что я солгал брату.
У меня не было времени подумать об этом, потому что на кухню притащился Чейз. Он выглядел ужасно.
— Ты болен? — с сарказмом поинтересовался я, пока брат рылся в кухонном шкафчике.
— Да, — кашлянул он, — я болен.
Я поставил свой кофе на стол. Корд бросил на меня предупреждающий взгляд, который говорил: «Не делай этого прямо сейчас. Это плохо кончится, и мы ничего не решим».
Я ответил ему своим взглядом. «Я должен».
— Иди сюда, братишка, — сказал я и пододвинул стул.