— Очень на это надеюсь. — Он подошел ко мне, вернул резинку, положив ее на стол, и на пару секунд задержался ладонью на моей руке, а взглядом на губах.
Это было очень короткое мгновение, никто даже не успел заметить происходящего. И я бы не придала этому особое внимание, если бы не дрожь в теле, вызванная этим незамысловатым прикосновением. Что со мной не так? Почему я так реагировала на него?
Контрольная была успешно написана, пара окончена, и мы с Ленкой уже сидели в коридоре, обсуждая новый прикид нашей модницы, приходящей на пары то в мини, то с таким декольте, что там тонули все парни в нашей группе, да и преподаватели тоже.
— Смотри, Алина-то времени не теряет, снова пошла в атаку, — подруга посмотрела на нашу одногруппницу, остановившую Анисимова в коридоре. Алина сильнее оттянула кофту вниз, увеличивая и без того глубокое декольте, и о чем-то заговорила с Тимофеем Александровичем. — Уведет у тебя Анисимова, а ты потом локти кусать будешь.
— Ну и пусть, мне совершенно нет до него дела, — отвернулась я, стараясь не смотреть в их сторону.
— Ну да, именно по этой причине ты пялилась на него половину времени на контрольной, — хихикнула Ольшевская. — Уж мне-то не надо врать, я тебя как облупленную знаю. Вижу ведь, что заинтересовал. Понравилось с ним вчера в приставку играть?
— Ничего он меня не заинтересовал, — фыркнула я, поднявшись с подоконника. Почему все считают, что имеют право решать за меня то, что я ощущаю?
Двинулась в сторону другой аудитории, краем глаза наблюдая за разговором Алины и Анисимова. Они улыбались друг другу, смеялись и что-то живо обсуждали. И вот о чем с ней можно так долго говорить? Она ведь тупая, как пробка. Наверное, он тоже в ее декольте утонул, потому что больше с ее айкью тонуть негде. Ну, разве что в заднице, парни с четвертого курса много болтают о ее бездонности.
Когда я проходила рядом с ними, меня передернуло от того, каким неестественным выглядело лицо Алины, пытающейся выглядеть идеальной и заинтересованной. Интересно, а грудь у нее своя, или там один силикон, как и в мозгах?
— Смирнова, ты-то мне и нужна, — Анисимов чуть ли не схватился за мой локоть, пытаясь остановить. — Потом договорим, Любушкина, прости, у меня тут срочный вопрос.
Мы отошли на пару метров вперед, и Тимофей Александрович облегченно выдохнул.
— Спасибо, а то я не знал, как от нее отвязаться. — Улыбнулся он. — Не знаю, что ей постоянно от меня надо. Все подходит и своей грудью светит, думая, что мне так интересно смотреть на нее.
— А вам разве неинтересно? Все мужчины любят смотреть на красивую женскую грудь, у Алины она красивая.
Анисимов усмехнулся, покачав головой.
— Конечно, мужчины любят смотреть на женскую грудь, но тогда, когда им хочется это самим, а не когда все напоказ. Так неинтересно и слишком вульгарно. Будто бы я не понимаю, что она так меня соблазнить пытается, вот только ловить ей нечего. Да и не люблю я такую большую грудь, — мужчина остановился взглядом на мне, красноречиво рассматривая мое небольшое декольте.
— Как мне сегодня наряжаться? — решила перевести тему, ибо говорить с ним про такое было неловко.
— Как хочешь, но обувь удобную лучше выбери.
— Хорошо, тогда до вечера, — стеснительно потупила взгляд вниз, когда он пристально начал изучать мое лицо. — У меня сейчас пара…
Коридор уже опустел, студенты разошлись по аудиториям, а мы так и стояли у стены, смотря друг на друга. Было жутко неуютно стоять так близко к нему, смотреть в его глаза и ощущать, как внутри что-то плавится.
— Опоздание на пять минут допустимо, — наклонившись, прошептал мне в ухо, послав по телу электрический заряд. Черт возьми, почему я так на него реагирую? — Но лучше вовсе не опаздывать, поэтому иди.
С ухмылкой на лице произнес он, отходя от меня. Спокойно себе ушел, пока я так и стояла, стараясь избавиться от ощущения его дыхания на моей коже. Что это сейчас такое было?
***
Юбка-карандаш с разрезом на правой ноге, вязаный серый свитер, кожанка, кроссовки и черная шляпа, подобранные совместно с Леной, составляли мой сегодняшний образ. Мне захотелось быть утонченной и чувствовать себя комфортно. Ленка сказала, что я заставлю челюсть Анисимова упасть вниз и не возвращаться в обратное положение еще долго, а мне просто нравилось быть красивой.
Тимофей Александрович приехал, как и обещал, ровно в восемь. Он тоже немного приоделся. Серое пальто идеально сидело на нем, расстегнутым оно позволяло рассмотреть под ним белый вязаный свитер, а черные джинсы гармонировали с всеобщей цветовой гаммой, еще раз показывая, насколько хорош был вкус у мужчины.