— Я был не прав, прости меня. Я расскажу тебе все с самого начала, клянусь, утаивать ничего больше не стану. — Говорил он убедительно, как и всегда, но я не собиралась так быстро его прощать. Это не я ему врала, а он мне.
— А мне уже не надо ничего рассказывать, я вчера сама все увидела, — краем уха услышала шепот из той части коридора, от которой скрывал нас угол. — И если ты не хочешь, чтобы нас обсуждал весь универ, то советую тебе вернуться на пару.
— Я приду к тебе вечером, мы с тобой поговорим нормально, ладно?
Коснулся ладонью моей, хотел переплести пальцы, но я не позволила.
— Я работаю и дверь тебе не открою, поэтому не трать время и иди домой, позвони девице лёгкого поведения, развлекись. Судя по словам твоей бывшей, для тебя это в порядке вещей.
— Боже, ты невыносима! Я ничего тебе не сделал, вообще ничего, а ты меня отталкиваешь.
— По-твоему, ложь — это ничего? — выгнула брови дугой. — Не отвечай, я не хочу слушать твои оправдания. Я просто хочу уйти отсюда и не видеть тебя.
— С тобой бесполезно говорить, ты меня даже не слушаешь. Как остынешь, позвони мне, поговорим, — было видно, как он держался из последних сил, пытаясь не сорваться.
— Я не позвоню, можешь не ждать.
Больше я его не слушала, быстрым шагом покидая коридор. Как и следовало ожидать, вся моя группа собралась в коридоре, подслушивая наш разговор. Меня сейчас это не волновало, это было не самой большой проблемой. Как жаль, что Ленка все ещё с Андреем на даче и не приехала, мне так сейчас ее не хватает.
— Лин, — Алина злобно сверкнула глазами, — а как же твое «он противный и старый», м? Или за автомат можно и с таким?
— Просто заткнись! Закрой свой рот и не открывай! — я была настолько зла, что хотела вырвать ей все волосы. — Тебя это не касается!
Больше не задерживаясь, двинулась вперед, покинув этот ужасный институт, приносящий только проблемы. Как будто бы я не учиться в него хожу, а плести интриги, тайны и крутить романы, а еще заниматься расследованиями и устраивать скандалы с собственным преподавателем на глазах у всех. Боже, стыдно-то как. Теперь о нас будут говорить все, кому только не лень.
Вернулась домой я через двадцать минут, купив мороженое и немного еды, позвонила Разину и попросила приступить к работе сегодня раньше, он позволил. Работая, я обычно отвлекалась. Так всегда было. Даже в школе, когда мне было трудно справиться с какими-то переживаниями, я часто читала или делала домашнее задание на несколько дней вперед.
Так и сегодня. Совсем заработалась, что даже и не заметила, как по привычке открыла входную дверь, пропустив Тимофея. За месяц отношений это стало таким обыденным, что сегодня все пошло не так. Тим протянул мне букет ромашек, остановившись в прихожей.
— Я машинально, — отодвинулась на несколько сантиметров назад, увеличивая расстояние между нами. — Я не собиралась тебя впускать, поэтому лучше уходи.
— Лин, давай поговорим, как взрослые люди, — он отложил цветы на тумбу, прикрыв за собой дверь. — Просто выслушай меня.
Он начал разуваться, даже не спросив разрешения у меня. Бесил каждым своим действием. Упрямый и ужасно невыносимый, но такой красивый…
— Я не хочу говорить, не хочу тебя видеть и слышать, и цветы свои забери. Уходи, Анисимов, — указала рукой на дверь.
— Пять минут, пять чертовых минут, — он сделал шаг навстречу ко мне, — просто дай мне шанс сказать тебе все. Объяснить.
— Я очень устала, у меня нет желания с кем-то говорить, — не опустила руки, все так же показывая на дверь.
— Господи, какая ты упрямая, ей богу, — он провел рукой по лицу, снимая усталость. — Я не хотел тебе врать. Серьезно, у меня не было такого желания. Все вышло спонтанно. Изначально я не сказал о дочери, потому что боялся, что ты не поймешь и даже не захочешь смотреть в мою сторону. Не все любят мужчин, у которых есть то, что держит их на стороне хотя бы раз в две недели.
Я открыла рот, чтобы перебить его, но Тим прикрыл мои губы своей ладонью, продолжив. Нет, он точно надо мной издевался. И это я упрямая, тогда он наглый, потому что так не делают! Я его не приглашала!
— А потом… У нас все было так хорошо, мы радовались жизни, делали друг другу сюрпризы и кайфовали от происходящего, и я никак не мог решиться на разговор, понимая, что после все может быть иначе. Прости меня, Ангелина, я действительно не хотел тебе врать, а уж тем более, чтобы ты узнала все таким образом. Я планировал рассказать…скоро.
— У тебя все? — только и спросила я.
— Да, это все. — На его лице промелькнула тень надежды.