— Тогда дай лягу рядом, — перебралась по кровати и улеглась на его плече. Тимофей крепко меня обнял, только после этого закрыв глаза.
***
Утром, когда я убедилась в том, что температура окончательно оставила Тима, а состояние его улучшилось, пустила принять его душ. Однако принимал он его не один, утянув меня за руку с собой.
— Я очень соскучился по тебе, — прошептал мне в ухо, несильно при этом сжимая мою грудь.
Он целовал меня нежно и страстно, крепко прижимая к себе. Вода контрастировала с температурой наших тел, но мы не обращали на это внимания, отдаваясь во власть друг другу. Его руки на груди, талии, ягодицах, а потом на точке скопившегося желания, пока мои изучали его шею, спину, грудь, спускаясь все ниже.
— Ты лучшее, что я имею, — выдохнул мне прямо в губы перед тем, как поднять на руки и прислонить спиной к холодной стене душевой.
А потом заполнил меня медленно, издеваясь, совсем не хотел слушаться моего темпа, будто бы наказывая за что-то. Я сгорала от нетерпения ускориться и получить желанное — его всего, но он делал так, как считал нужным. Не спеша двигался, изредка пытаясь заглянуть в глаза, а потом ухмылялся, когда видел мое недовольство. Мне казалось, что эта пытка никогда не кончится, однако Тим все же ускорился, наконец-то подарив мне истинное блаженство. Через пару движений пришел к финишу и он, опустив меня на землю.
Прижалась к его груди, не собираясь отпускать. Плевать, что мы уже опаздывали оба в университет, плевать, что так и не приняли нормально душ, было плевать вообще на все. Мы просто наслаждались друг другом, нашим моментом единения и спокойствием.
— Я люблю тебя, Лин, — все же прервал тишину Анисимов, приподняв мою голову за подбородок и заставив на себя посмотреть.
Я знала, что он ждал ответного признания, поэтому не стала его долго мучить, ибо действительно ощущала любовь. Впервые в жизни. Яркую, сильную и всепоглощающую. Мне хотелось всегда быть с ним и не отпускать никогда. И я видела, что это взаимно. Никто еще не смотрел на меня так, как смотрел он. И пусть соврал, пусть, но обещал ведь, что больше никогда. Я готова была закрыть на это глаза, только бы никогда более не ощущать себя такой, какой я была до наших отношений.
— Я тоже тебя люблю, Тим, — счастливое выражение его лица навсегда останется в моей памяти.
Все-таки приняв душ, мы начали собираться. Мобильные обоих разрывались от звонков, но мы делали вид, будто бы не слышим их. Не хотелось прерывать той идиллии, что наконец-то возникла между нами. Опоздаем и опоздаем, зато это утро будет одним из лучших в моей жизни.
— Ты точно сможешь вести сегодня пары? — строго на него посмотрела.
— Да, — открыл мне дверь машины, — не переживай, я уже отлично себя чувствую. У меня бывает такое, когда мне эмоционально плохо, при этом поднимается еще и высокая температура, но когда ее сбиваешь, болезнь как рукой снимает. И да, мы уже опаздываем на целых полчаса.
— Плевать, — ласково провела кончиками пальцев по его щеке, пока он смотрел на дорогу. — Мне так хорошо сегодня, что я готова опоздать.
— Ну, конечно, тебя ведь не поругают за опоздание и премии не лишат, ты ведь опаздываешь на мою пару.
— Но ты можешь меня наказать… — ухмыльнулась, услышав тихий смех Тима.
— Это само собой разумеется.
Покинули салон автомобиля, и я, как и прежде, собиралась пойти в вуз без Тима, чтобы никто нас не видел. Но Анисимов поразил меня своими действиями. Взял меня за руку и притянул к себе, после чего поцеловал. Я хотела было возразить, однако Тим не собирался меня слушать, и мы вошли в вуз, держась за руки. Только возле аудитории, около которой собрались все мои одногруппники, он отпустил мою руку, пройдя открывать дверь.
— Прошу прощение за опоздание, — улыбнулся он всем присутствовавшим, — присаживайтесь, через пять минут начнем.
Все стали рассаживаться по своим местам, рьяно обсуждая наш с Тимофеем перфоманс. Никто не понимал нас, многие осуждали, некоторые считали, что я с ним за автомат, а мне было совершенно по барабану, что о нас думают другие. Мы любили другу друга, а остальное пусть летит к чертям.
Ленка быстро заняла место рядом со мной, недвусмысленно улыбаясь. Боже, как же я ее люблю! У меня самая лучшая в мире подруга!
— Итак, — она поиграла бровями, — надеюсь, ваше опоздание оправдывается хорошим сексом, иначе я буду жаловаться на Тимофея за то, что заставил нас так долго стоять и ждать его.
— Не надо на него жаловаться, — ответила подруге такой же улыбкой. — У нас все было, так что он оправдан.