Алекс опустила глаза. Она вспомнила, как приехала в Рим три года назад. Тогда она была полна амбиций и мечтаний. Она хотела покорить мир, стать известным фотографом. Но жизнь внесла свои коррективы: развод, Лилит, бесконечные счета и чувство, что она застряла в рутине.
— Я... я не знаю, — прошептала Алекс. — Просто всё как-то пошло не так.
Сильвия вздохнула и положила руку ей на плечо. Её духи с лёгким ароматом жасмина смешались с запахом свежесваренного кофе.
— Ты слишком талантлива, чтобы тратить себя на это. Найди то, что вдохновит тебя, Алекс. Иначе ты потеряешь эту работу навсегда.
Она ушла, оставив Алекс одну. Алекс открыла дверь и отправилась в свой кабинет. Она чувствовала себя такой одинокой.
Алекс сидела за столом, уставившись на фотографию Лилит в рамке. Снимок был сделан в прошлом году, в день рождения дочери. Лилит смеялась, её глаза сияли, а волосы были украшены маленькой короной из блёсток. Алекс провела пальцем по стеклу, как будто пытаясь дотронуться до того момента, когда всё ещё казалось простым и счастливым.
Её мысли невольно вернулись к разговору с мужем, который стал переломным в их отношениях. Ей тогда предложили стажировку в лучшем итальянском журнале . Это был шанс, о котором она мечтала. Но вместо поддержки она услышала:
— "Зачем тебе это? У нас есть семья, ты должна думать о Лилит. Ты хочешь, чтобы я тратил своё время на твои амбиции?"
Его слова прозвучали как приговор. Он не кричал, не злился — он просто был равнодушен. И это ранило больше всего. Их брак стал для неё чем-то серым и безэмоциональным. Он не изменял, но и не проявлял к ней особых чувств. Ей казалось, что он просто... ленился. Ленился любить, ленился заботиться, ленился быть рядом. Она чувствовала себя одинокой даже тогда, когда он был в одной комнате с ней.
Алекс закрыла глаза, пытаясь отогнать эти воспоминания. Она не хотела думать о нём. Но чем больше она старалась, тем ярче всплывали в памяти их последние дни вместе. Как он молча смотрел телевизор, пока она укладывала Лилит спать. Как он забывал о её днях рождения. Как он даже не заметил, когда она перестала улыбаться.
— "Ты слишком талантлива, чтобы тратить себя на это," — слова Сильвии эхом отозвались в её голове.
Алекс вздохнула и откинулась на спинку стула. Она посмотрела на свои руки, которые так уверенно держали камеру когда-то, а теперь дрожали от неуверенности. Она чувствовала, что застряла между прошлым, которое её больше не радовало, и будущим, которое казалось таким туманным.
Алекс не жалела о разводе но мысли о будущем в одиночестве приводили ее в паническое состояние. Она так долго жила с мужем что уже и не умеет жить одна но каждый день уверяет себя что справится.
После разговора с Сильвией и тяжёлых воспоминаний Алекс почувствовала, что ей нужно на воздух. Она взяла свою камеру, накинула лёгкий плащ и вышла на улицу. Рим встретил её тёплым осенним солнцем и лёгким ветерком, который играл с её волосами.
Она шла по узким улочкам, где каждый камень дышал историей. Высокие здания с облупившейся штукатуркой, балконы, украшенные цветами, и старые фонари, которые, казалось, помнили ещё времена, когда по этим улицам ходили художники и поэты. Алекс остановилась у небольшой площади, где фонтан с фигурой тритона бурлил водой, а вокруг него сидели пожилые итальянцы, обсуждая последние новости. Она подняла камеру и сделала несколько снимков. Щелчок затвора звучал как музыка.
Она продолжила путь, направляясь к площади Навона. Здесь её встретил шум уличных музыкантов, смех детей, бегающих вокруг фонтана Четырёх рек, и аромат свежесваренного кофе, доносящийся из ближайшей кафешки. Алекс остановилась у фонтана, глядя на воду, которая переливалась в лучах солнца. Она сделала несколько кадров, ловя моменты: старушка, кормящая голубей, влюблённая пара, держащаяся за руки, художник, рисующий акварелью.
Её сердце начало биться быстрее. Она чувствовала, как что-то внутри неё пробуждается. Это было то самое чувство, которое она потеряла — чувство причастности к чему-то большему, к культуре, к искусству, к жизни.
Алекс свернула на узкую улочку, ведущую к Пантеону. Здесь было тише, только звук её шагов по брусчатке и далёкий звон колоколов. Она остановилась перед величественным зданием, глядя на его колонны, которые казались вечными. Она подняла камеру и сделала несколько снимков, ловя игру света и тени на древних камнях.
— "Вот оно," — подумала она. — "Вот то, что я люблю."
Она чувствовала, как её душа наполняется теплом. Рим, с его архитектурой, историей и жизнью, давал ей то, чего ей так не хватало — вдохновение. Она снова чувствовала себя частью чего-то прекрасного.