– Уверена? – насмешливо спрашивает он.
– Абсолютно. Уходи.
Но Кирилл не уходит. Наоборот. Скрещивает руки на груди с вызовом смотрит на меня.
– Этот цвет волос тебе не идет.
– Тебе не нравится?
– Нет.
– Как жаль, что мне все равно, – резко отвечаю я. – А теперь уходи.
Кирилл удивленно вскидывает бровь.
– Серьезно, мужик, вали уже отсюда, – добавляет Ярослав. – Ты меня уже раздражаешь.
– Новый защитник? – усмехается бывший парень.
– Не твое дело.
– Ах, нет, – он переводит взгляд с меня на парня, стоящего позади. – Вот он. Вижу, ты быстро нашла замену. Что ж, твой выбор…
– Мне все равно, что ты сейчас скажешь. Просто уходи.
Чувствую, как щеки заливаются краской, но ярость поднимается новой волной.
– А что будет, если я не уйду?
– Мы вытолкаем тебя отсюда, – слышу за спиной ледяной голос.
Кирилл разрывается громким смехом, вызывая у меня приступ отвращения. А когда-то его этот звук мне нравился.
– Дам тебе совет, приятель…
– Я в нем не нуждаюсь, – тут же перебивает Веня.
– Нет, ты послушай, – настаивает бывший парень. – Это девушка пустая. Игрушка в руках. Она ничего из себя не представляет. Ни стержня, ни эмоций, ни характера.
– Еще одно слово, и ты вылетишь отсюда вниз головой, – процеживает Веня сквозь зубы. Его голос звучит настолько угрожающе, что даже мне становится не по себе.
Но Кирилл похоже не воспринимает угрозу всерьез. Он продолжает ухмыляться, словно все происходящее его забавляет.
– Приятель, я тебе серьезно говорю. Да, я изменил ей. Так, она сама виновата. Девушки созданы, чтобы удовлетворять нас. Если одна не справляется, мы ищем другую. Это природа, понимаешь?
Он снова усмехается и кидает быстрый взгляд на меня, затем обратно на Веню.
– Она никогда не сможет тебя удовлетворить нормально. У нее в голове одни закидоны. Она же скучная, примитивная и ничего из себя не строящаяся. Да, она абсолютно безнадежна. Только и может поддакивать.
– Заткнись! – шипит Веня, голос дрожит от сдерживаемой злости. – Ты не имеешь права говорить о ней так!
– Поверь, могу. Еще как, – отвечает он, не отводя взгляда от Вени. – Мне пришлось сделать ей предложение, чтобы успокоить ее мамашу.
– Ничего не говори про мою мама! – сжимаю кулаки, как только слышу упоминание родительницы.
– Буду, Олеся, буду. Твоя мать конкретно подсела мне на уши с этой свадьбой. Я не хотел делать тебе предложение, но твоя мать…короче, пришлось. И понимаешь, приятель, как я был напряжен из-за всего этого, и мне просто был необходим глоток свежего воздуха. Если бы она меня не застала, – бывший парень указывает на меня, – я бы продолжал. Потому что, там были эмоции, красота, безмятежность и спокойствие. Поэтому опомнись, и бросай ее. С ней ничего путного не будет. Она не стоит и нашего мизинца. Она жалкая, неуверенная в себе и самая обыкновенная удобная подстилка.
Его слова обжигают кожу, как кипяток. Все стены рушаться. Мне хочется плакать
– Уведите его отсюда! – предупреждает Веня, делая шаг вперед. – Иначе я за себя не ручаюсь.
– Все, реально, уходи, – первым подбегает Илья. – Ты тут лишний.
– Вы тоже все скоро поймете, какая она жалкая и скучная, – почти смеется Кирилл, не обращая внимание на Илью. – Такие, как она, быстро приедается. Сначала кажутся загадкой, чем-то новым и манящим, а потом…Потом оказываются, что за всей этой мишурой ничего нет. Пустота.
Я хочу провалиться сквозь землю, исчезнуть, оказаться на другом континенте. Где угодно, но не здесь.
В горле застревает ком, не давая ни вздохнуть, ни вымолвить слова. Каждое слово бьет наотмашь.
Веня хватает Кирилла за грудки, рывком оттягивая вперед. Илья встает между ними, словно живой щит. Я вижу гнев, желание защитить меня, но мне от этого только хуже. Их защита лишь подчеркивает мою уязвимость, мою неспособность постоять за себя.
Мне хочется сбежать, спрятаться, зарыться в одеяло и больше никогда не вылезать. Но ноги словно приросли к полу, не давая мне сдвинуться с места.