Красная дорожка, кажется, тянется бесконечно, словно приглашая к триумфальному шествию. Вдоль стены располагается огромный макет, служащий фоном для снимков. Напротив стоят журналисты, репортеры, представители различных СМИ, их лица искажаются в жажде сенсации, в надежде поймать удачный кадр или вырвать хоть пару слов.
Вокруг море людей: хоккеисты в строгих костюмах, их спутницы в роскошных вечерних платьях, бизнесмены, спонсоры, политики.
Я делаю пару шагов вдоль красной дорожки, и меня тут же окружают фотографы.
– Вениамин, сюда, пожалуйста!
– Один кадр!
– Улыбочку!
Почти орут они, стараясь перекричать друг друга.
Я с улыбкой останавливаюсь и любезно позирую, зная, что эти снимки завтра облетят все спортивные издания, если я сегодня выиграю какую-нибудь номинацию или попаду в какую-нибудь скандал.
Несколько дежурных улыбок, пара удачных ракурсов, и я снова двигаюсь вперед, лавируя между столиками, заполненными закусками и напитками.
Внезапно мой взгляд цепляется за знакомую фигуру.
Олеся.
Она стоит чуть поодаль, у нанятого фотографа хоккейной команды. Ее красивое красное платье с открытой спиной невероятно подчеркивает ее хрупкую фигуру, выделяя все нужные места. Часть завитых рыжих волос забраны сзади заколкой, а остальная часть свисает с плеч. Она такая красивая. Просто невероятная. Я как только ее видел, у меня снова потекла слюна.
Олеся о чем-то оживленно говорит с фотографом, и в свете софитов ее глаза сияют каким-то особенным, внутренним светом.
Невольно замедляю шаг, останавливаюсь позади нее. Сердце начинает биться чаще, а на лице улыбка. Я словно подросток, впервые увидевший предмет своего обожания. Глупо, конечно, но ничего не могу с собой поделать. Это девушка всегда будет оказывать на меня какое-то магическое воздействие.
– Привет, – произношу я, наклоняясь к ее уху, и тут же замечаю, как побежали мурашки по ее шее.
Олеся поворачивается ко мне и улыбается.
– Привет.
Ее улыбка - это как восход солнца после долгой ночи. В ней столько тепла и искренности, что невозможно не ответить ей тем же.
– Я покорен твоей красотой.
Ее щеки покрываются нежным румянцем, и на щеке появляется моя любимая ямочка, что делает ее еще привлекательнее.
– Спасибо. Ты тоже ничего.
– Оооо. Мне нравится твой комплимент.
Мы улыбаемся друг другу, и я нежно беру ее руку в свою. Ее кожа такая мягкая и теплая, что мне не хочется ее отпускать. Смотрю в ее глаза и вижу в них отражение своей любви.
Пусть она мне этого и не говорит, но я вижу это и чувствую.
С нашего серьезного разговора в квартире ее родителей прошло не так много времени, но все эти дни она была и остается рядом со мной. Поэтому я то и уверен, что еще немного и она…
– Мы готовы!
Разносится громкий голос Марка, который в окружении Дашки, Ильи и Полины выстроились для позирования на камеру.
– Отлично, – говорит парниша-фотограф в зеленой кепке. – На счет раз, два, три.
Как только звучит «три» эти четверо мило позируют, меняя позы. Они больше не скрывают своих отношений, демонстрируя и изучая счастье окружающим.
– Олеся, давай к нам! – зовет Полина, показывая на место в середине.
– Нет, спасибо, – улыбается в ответ Олеся.
– Нет, нет. Давай, – присоединяется Дашка, улыбаюсь.
Вижу на ее лице сомнение. Она вроде бы и хочет, а вроде бы не хочет показаться лишней. Поэтому я беру все в свои руки.
Тяну девушку за собой и веду нас в центр между другими парочками.
– Вот другое дело, – Илья хлопает меня по плечу. – Мужик.
– Улыбайся, мужик, – произношу и слегка касаются стены Леси, давая понять, что я не уйду, и она может расслабиться.
– Улыбочку, – командует фотограф, и мы все вшестером улыбаемся на камеру.
Через пару щелчков, боковым зрением замечаю переглядывание Марка и Ильи. Когда они кивают друг другу, и капитан говорят «три», парни хватаю своих девчонок и выходят из кадра.
– Сфотографируете эту прекрасную парочку, пожалуйста, – просит Илюха. – От себя прошу.